Гвоздь-невидимка

Прочитав, он пришёл к выводу, что с допусками у меня всё в порядке. Протянул мне документы и задумался, как бы обсудить вопрос про мультитул, которой был ещё и личным багажом.

Пока я он думал, я уловил чьё-то желание видеть начальника охраны. Начальника желал охранник сейфа. Я глянул на связник старшины. Увидел, что перед разговором со мной он решил, что не хочет, чтобы его беспокоили, и отключился.

– Преподобный, – начал он, задумчиво почёсывая подбородок.

– Старшина, – мягко перебил его я.

Он обрадовался паузе. – буду очень рад с вами побеседовать, но давайте прогуляемся. Мне кажется, вас ждут у сейфа.

Я хитро ему улыбнулся, и осторожно нарастил дружелюбие до приемлемого старшиной максимума. Старшина сжал желание расхохотаться до профессиональной улыбки. Открыл дверь и с легким поклоном пригласил меня выйти.

– Однако, преподобный, вы, наверно, не пользуетесь связником. – осторожно сказал он, пропуская меня в коридор уровня люкс. Я услышал его мысль, что он пытается шутить, но опасался меня обидеть.

Я стал простым, мысленно громко захохотал и сказал:

– Пользуюсь не меньше вас.

Я подмигнул, старшина гулко захохотал, и включил свой связник. Выслушав сообщение, он посмотрел на меня очень заинтересованно.

– Значит, Вы телепат немножко? – протянул он со смесью испуга и восторга. Я очень аккуратно принял его восхищение. Потом посмотрел, какое у старшины чувство юмора и сочинил ему шутку:

– Ну да, ровно так, как надо, чтобы приносить пользу.

Кстати, старшина, вы капельку ошиблись, сочтя меня достаточно важной птицей, чтобы отключать для беседы со мной связник.

Дав ему время задуматься, что он, возможно, был не прав, я добавил:

– Я не птичка – обычно я нем, как рыба.

Я широко улыбнулся. Старшина Глэц осмыслил шутку, и расхохотался.

Я дружески хлопнул его по плечу. Потом пристроил тело идти в ногу с ним. Пару секунд мы молча маршировали по коридору. Старшина испугался, что я буду проверять, как он общается с пассажирами.

Я решил на пару часиков понизить свою общительность. Потом начал говорить то, что стало правдой:

– Старшина, знаете, я хотел бы попросить вашей помощи в одном небольшом деле.

Он удивился. Удивление смыло раздражение.

– Знаете, – неуверенно продолжил я, – я не очень хорошо умею общаться с гражданскими, особенно с важными людьми, которые достаточно богаты, чтобы купить себе билет на это судно.