Академия колдовских сил. Салочки с демоном

— Не скажу, — так же тихо ответил Нортон и уже нормальным голосом произнес: — Меня приглядеть за тобой прислали. Ну и конспекты дать.

— Кто послал?

— Один очень злой ректор. Злой на тебя, — особо подчеркнул староста. — Что ты натворила, раз сейчас придут чары на комнату накладывать?

Староста хитро подмигнул и подошел ближе, цокая языком, рассматривая остатки камина. К счастью, стена не обрушилась, хотя могла бы, но в Академии все делали добротно.

— Вместе с тобой?

Похоже, лорд не шутил и всерьез вознамерился ограничить ее свободу.

— Что со мной? — не понял староста. — Запереть? А как же! Будем гнездо вить.

— Какое гнездо? — нахмурилась Малица.

— Обычное, брачное, — рассмеялся Нортон. — Мальчик и девочка же. Драконы всегда так делают. Номинально, конечно, но…

Саламандра больше ничего не слышала, уцепившись за слово «драконы». Нортон умеет летать! Ректор очень сильно промахнулся, приставив к ней дракона. Допустим, превращения запрещены правилами, но кто в сумерках разглядит, кто именно нарушил запрет.

— Идем! — Нортон потянул задумавшуюся саламандру за рукав и потащил прочь. — А то нам влетит.

Едва они успели юркнуть в коридор, как со стороны лестницы послышался топот и в гостиную вбежала группа адепток во главе с комендантом. При виде разрушенного камина мужчина застонал и завопил: «Убью!»

Малица бежала быстрее ветра. Мысль о наказании подстегивала лучше кнута.

Они пронеслись по коридору и хлопнули дверью в комнату саламандры. Там, шумно дыша, повалились на кровать и расхохотались.

— Я была тут, — предупредила Малица. — Сидела и ничего не делала. Ни-че-го, Нортон!

— Да ладно, понял я, — усмехнулся староста и провел рукой по вспотевшему лбу. — Ну ты учудила! Весь резерв жахнула?

Саламандра проверила: нет.

— Тайна за тайну. — Нортон вольготно, как дома, устроился на чужой кровати, подложив под голову конспект.

— Дерзила много и дис…дис…дис-кри-ми-нировала, — с третьей попытки по слогам выговорила Малица и села, обхватив руками колени.

— По половому признаку? — хрюкнул староста.

А он ничего, можно иметь дело. На занятиях же важный, прилежный, только на спаррингах балагурит.

— Это он меня по половому, а я по социальному. Не слушалась, короче.