Академия колдовских сил. Салочки с демоном

По четным дням — в лазарете, по нечетным — в Академии, на подхвате. Рабочий день — до девяти вечера. Выходной — воскресенье.

— Благодарю, милорд! — Малица едва снова не бухнулась на колени.

Она до последнего не верила, что останется в Академии.

Подумаешь, полтора месяца усердного труда и бессонные ночи! Главное, не выгонят с позором. Уж сдаст саламандра как-нибудь эту сессию. И даже на праздник урожая попадет: он как раз в воскресенье.

ЧАСТЬ 3-1. Осенний бал и его последствия

Малица потирала виски. Голова гудела.

Саламандре казалось, еще немного, и она разорвется на куски.

За окном переливались гирлянды огней: адепты готовились к грядущему осеннему балу, украшая территорию Академии. Малица же корпела над рефератом.

Осенний бал… По идее, его бы надлежало назвать зимним, потому как по традиции давался в первых числах декабря, но так уж повелось. Осень провожали зимой, весну — летом, во время июньского весеннего бала. Малица полагала, это связано с сельским хозяйством: в том же ноябре еще вовсю кипит работа.

Глаза закрывались. Еще бы, если саламандра только полчаса назад вернулась с общественных работ. И это ее пожалели, отпустили пораньше.

Малица гадала, выживет ли в таком режиме до конца сессии. Половину предметов, те, которые шли зачетами и контрольными, она уже сдала, но оставшаяся часть вселяла уныние. Порой девушке казалось, лучше бы ее исключили. Вряд ли замужество хуже того кошмара, в котором оказалась Малица. Легче умереть, чем выполнить все требования ректора.

Саламандра сцедила в ладошку зевок и с тоской уставилась на стопку книг в читальном зале.

Все уже ушли, только она мучает библиотекаршу. Та несколько раз красноречиво намекала: пора и честь знать. Ну да, у всех личная жизнь, веселье, и только у Малицы беспросветная мгла.

— Я сама все уберу, не беспокойтесь, — сонно пробормотала саламандра и, не выдержав, положила голову на руки.

Спать!

— Госпожа тер Ирадос, инструкция запрещает, — напомнила библиотекарь, выдернув из мира грез.

Ну да, Малица теперь вольнослушательница, ей даже форма не полагается.

В простеньком сером платье и вязаной коричневой кофте саламандра смотрелась белой вороной посреди синего моря.

— Мне через два дня сдавать, я не успею иначе, — обреченно вздохнула Малица.

Библиотекарь повела плечами. Мол, ничем не могу помочь. Формально она права, но могла бы проявить сострадание.

Малица с трудом заставила себя встать и поплелась сдавать книги.

Все минувшие недели слились в одно большое черное пятно.