Академия колдовских сил. Салочки с демоном

Серые глаза лорда шан Теона потемнели до черноты. Губы побледнели и практически слились с цветом кожи, на которой пожаром алел ожог.

— Ты сама виновата, — прошипел вампир. — Я не желал учить, но боль тебе на пользу.

Одно неразличимое глазом движение — и Малица полетела на пол. Попыталась встать, но тяжелое тело шан Теона придавило к полу, пальцы рванули платье. Однако саламандра не собиралась сдаваться и наградила насильника ударом каблуков. Пусть они у форменных туфель неострые, зато толстые, прочные.

Результат не заставил себя ждать — шан Теон взвыл, а Малица вырвалась.

Язычок пламени заплясал на ладони и перетек на пол. Когда речь идет о жизни, чужого имущества не жалко. Спасительный огонь скрыл саламандру, они с вампиром разминулись на считанные доли мгновения. Но, торопясь, Малица не рассчитала, куда попадет, и вывалилась на пол в обеденном зале гостиницы, напугав посетителей.

Шан Теон найдет, это дело пары минут, и не пощадит. Он простил бы все, кроме уродства. Малица догадывалась, шрам от ожога придется сводить магией, и то может остаться след.

А это вечное напоминание о позоре. За такое платят кровью. В буквальном смысле.

Саламандра выбралась из камина, отряхнула сажу и огляделась, пытаясь сориентироваться. На хозяина и посетителей заведения старалась не обращать внимания. Малицу интересовало одно: где дверь?

И тут раздался знакомый вой, от которого на миг остановилось сердце.

Призрачные гончие!

Малица хотела прыгнуть обратно в камин, но не успела.

Они появились внезапно, будто из ниоткуда. Огромные серебристые псы с горящими глазами. Шагнули с разных сторон, скользнув из тени, отбрасываемой мебелью.

Казалось, даже часы на стене перестали тикать.

В воцарившейся полной тишине слышно было, как поскрипывают половицы под шагами призрачных гончих. Одна из них остановилась напротив Малицы. Матерая сука, способная проглотить саламандру. Из приоткрытой пасти капала слюна. Шерсть на загривке дыбилась. Малица сделала осторожный шажок назад.

Гончая отреагировала мгновенно: глухо заворчала и изготовилась к прыжку.

Краем глаза саламандра заметила шан Теона. Он замер в дверях, окруженный двумя гончими. На лице вампира читалась растерянность. Значит, он тоже боялся собак демонов. При других обстоятельствах Малица бы задумалась, но сейчас она лишилась возможности хоть что-то анализировать.

Гончая напряглась. Лапы чуть подрагивали, готовые в любой миг разогнуться, выпустив на волю смерть.