Ведающая Водой

Девочка открыла глаза и увидела рядом Айстриль. Вид у матери был не на шутку взволнованный; казалось, если бы не отец, поддерживающий ее под руку, она не устояла бы на ногах.

- Мы решили, что тебе захочется попрощаться с родителями, - сказал наставник Арамил; голос его прозвучал глухо из-за надетой маски.

- Попрощаться? Мама! - в голосе Сайарадил сквознула истерика.

Айстриль высвободила руку из цепких пальцев мужа, опустилась на колени и прижала дочь к груди, поглаживая ее по растрепанным волосам.

- Прости меня, милая, - прошептала она ей на ухо тихо.

- Я так надеялась, что этого никогда не случится! Теперь будь храброй, моя девочка… Ради своего отца.

Сая покосилась на Дижимиуса: во взгляде того читалось удивление, словно он наконец-то разглядел в дочери нечто заслуживающее внимания.

Мама вытерла слезы со щек Сайарадил и попыталась улыбнуться:

- Мы ведь не расстаемся!

- Храмовый устав запрещает личные встречи учеников низших ступеней, - не преминул сообщил наставник Еримил. - Возможен только обмен письмами!

Дижимиус холодно глянул на жрецов.

- Мы будем писать, - поспешно сказала Айстриль, заполняя неловкую паузу.

- Ты хочешь, чтобы я стала магом? - спросила Сайарадил у отца.

Тот, помедлив мгновенье, уверенно кивнул.

- Почему? - выдохнула девочка.

- Это будет честью для нашего рода, - прозвучали из уст отца до боли знакомые слова.

- Но я… не хочу, - выдавила Сая.

Как же хорошо она знала этот взгляд отца!

- Ты наконец-то сможешь проявить себя, Сайарадил, поэтому… не разочаровывай меня!

Пользуясь надетой маской, наставник Арамил удовлетворенно улыбнулся, видя, как на побледневшем детском лице проступает решительное выражение.

Сая расправила плечи и, глядя на Дижимиуса, сказала:

- Ты будешь гордиться мной!

Арамил выступил вперед и жестом пригласил девочку двинуться к выходу. У двери Сая резко обернулась и крикнула:

- Мама! Мои красные шелковые ленты… Эйлинур их обожает, пусть возьмет себе!

- Хорошо, родная, - кивнула Айстриль.

- И еще… Обещай, что будешь счастлива!

Айстриль вздрогнула, но тут же взяла себя в руки и улыбнулась.

Дижимиус приобнял ее за плечи. Так Сая и запомнила их – двое взрослых людей, изо всех сил создающих иллюзию счастливой жизни. Вслед за наставником девочка шагнула вглубь темных коридоров Храма; она еще не знала, что в самые тяжелые дни, когда в голове станет крутиться назойливое: «Ради чего я терплю все это?», ответ будет один: «Чтобы мама была счастлива, а отец гордился мной».