Совушка

Не назовёшь же птенца противным именем!

- А ты? Почему Белль?

Орлица скривилась:

- В честь любимой маминой певицы.

Сова задумалась, перебирая в памяти звёзд эстрады. Белль догадалась о её мыслях и покачала головой.

- Не пытайся! Это была оперная дива!

Женщина приготовилась к шуткам и смеху, но Сидни даже не улыбнулась.

- Не каждый решится назвать ребёнка в честь кумира. Наверное, эта певица была очень талантливая? … Я бы послушала.

- Любишь оперу?

- Не особо, - призналась девушка. – Но осенью, когда целыми днями идёт дождь, я иногда слушаю Джулию Андерс.

Оборотница вернулась к своим цветам. Белль какое-то время наблюдала за ней, потом легла на траву и закрыла глаза, чувствуя спокойствие и умиротворение. С совой было легко молчать, и тишина не угнетала, а наоборот, казалась правильной. Но такие разговоры по душам у девушек случались редко. Днём орлица патрулировала территорию, а ночью улетала Сидни.

…

- Осень!

Стивен медленно оглядел ещё зелёные луга, голубое небо с пушистыми облаками, но восхищения в его глазах не было.

- Скоро Перелёт. Время, когда браконьеры выйдут на охоту, - голубой взгляд буквально заледенел. - В массовый перелёт вожакам трудно отследить численность стай. Проверить, все ли прилетели. Охотникам достаточно пяти-десяти минут, чтобы поймать молодняк и увести в Иглу, - орёл отвернулся и сказал уже для всех: – Мы переходим на усиленный режим патрулирования.

Луин выплюнул травинку:

- Да мы из него и не выходили!

Пол предостерегающе глянул на сокола.

- Не начинай! Сам знаешь, какой геморрой нас ждёт, - он посмотрел на притихшую сову. – Сид, ты как?

Та лишь кивнула, показывая, что в порядке. И Мейси первым направился по дорожке.

- Тогда пошли обедать.

В столовой Эгертон сел на свободное место рядом с Сидни. Та тут же напряглась словно натянутая струна. Еда стала поперёк горла. Пока мужчины с аппетитом обедали и переговаривались, девушка не проронила ни слова.

- Сидни, всё в порядке? Ты не заболела? – Стивен с тревогой глянул на девушку рядом.

- Нет! - она затрясла головой. – Чай… горячий!

С другой стороны шикнул Луин.

- Ага! Кипяток просто!

Эгертон перевёл подозрительный взгляд на сокола, нахмурился, но ничего не сказал и вернулся к обеду. А у Сидни трепетали ресницы от каждого случайного касания.

Уже не для кого в группе не было секретом, что сова влюблена в их бравого командира.