Решение первокурсницы

– Сюда, – скомандовал он, указывая на ближайшую койку, заправленную белоснежным бельем, а потом с тревогой спросил: – Что там происходит?

– Вышел бы и посмотрел. – Избавившись от тяжелой ноши, Дженнет выдохнула.

– Не имею права оставлять больного одного, – сказал мужчина и снова бросил быстрый взгляд куда-то вглубь комнаты, а потом склонился над раненым учителем.

Цецилия что-то тихо ему объясняла, но я уже не слушала, шагая вдоль стены. Почти все койки были пустыми за исключением одной, последней, стоящей у белой стены.

На ней сидел Хоторн. В первый момент мне показалось, что он мертв, настолько неподвижно сидел молодой человек, словно деревянный болванчик в витрине кукольника. А потом он моргнул и повернул голову. Наши взгляды встретились, в его я увидела… Нет, не обреченность. Я увидела в них решимость. Решимость с налетом обреченности. Так выглядел Илберт, когда говорил о предстоящей женитьбе, желания нет, но есть вещи, которых не избежать.

– Мэрдок, – едва слышно позвала я. Но он услышал не меня.

– Мэр… – одновременно со мной выкрикнула Гэли. – Как ты?

– На удивление, неплохо, – ответил он подруге, и у той заалели щеки. Девы, неужели я выгляжу так же, когда Крис рядом?

– Как это произошло? – спросила я, чувствуя себя немного лишней, хотя в комнате было полно народа.

Звук выстрела не дал сокурснику ответить. Но на этот раз Остров вздрогнул по-другому. Я ощутила слабость в ногах, совсем как во время отдачи, которая накрывает, если перестараешься с магическим коэффициентом. На этот раз стреляли не по нам, на этот раз огнем отвечал Академикум.

– Кажется, попали, – напряженно прокомментировала стоящая у окна Дженнет.

– Куда? – переспросила я, Мэрдок поднялся с кровати и успокаивающе положил руку подруге на плечо. Интимный жест. Но я буду последней, кто их осудит.

– Дирижабль Золотого банка подбили, – ответила герцогиня, когда я подбежала к двери, а потом выскочила на крыльцо. – И правильно, не думали же они, что Академикум совсем без зубов…

«Они? – мысленно переспросила я и сбежала со ступеней.

Их было всего три штуки, а потом ноги утонули в грязи. – Как же мне надоели эти мифические «они».

Но, так или иначе, сокурсница оказалась права, не успела я оказаться на земле, как раздался еще один залп.

– Пушки Ордена, – услышала я дрожащий голос Мэри.

На наших глазах дирижабль Эрнестальского золотого банка замер, словно налетел на стену, а потом накренился на один бок. По правому борту зияла пробоина, из которой повалил сизый дым.