В честь первой встречи

И мы беседовали ночью,

И о себе он рассказал,

Что много лет уже он проклят

И как от этого устал,

Что триста лет лежит в подвале

В ужасном месте погребен,

И что уже он и не думал,

Что будет вмиг освобожден.

Он рассказал, что он родился

От госпожи и сатаны,

Когда на небе резко скрылось

Обличье призрачной луны.

Он рос обычным, как все дети,

Но вспомнил вскоре зов крови,

И вот в себе открыл то зверство,

Что утаил отец в любви.

Он начал жадно и охотно

Выслеживать сперва зверей,

Чтоб убивать и кровь испить их,

А после взялся за людей.

И то тепло, что исходило,

От нежной кожи хрупких шей,

Его особенно манило,

Он это помнил до сих дней.

Мы каждой ночью собирались,

И я записывал за ним,

И он считал меня за друга,

Я был рассказом одержим.

Пока однажды не случилось

Несчастие – я заболел,

И через месяц или больше

Я очень сильно ослабел.

Уж много дней не поднимался

И отказался от еды,

И по ночам мне только снились

Одни цветущие сады.

Я понимал – еще немного

И вскоре я туда приду,

И на восходе встретить солнце

Уже я больше не смогу.

А призрак был со мною рядом

И так презрительно смотрел,

Как я сдаюсь, почти без боя,

И он помочь мне захотел.

Ведь не дописано так много

И так не мог я поступить,

Чтобы оставить, не окончив,

Меня решил он укусить.

Нагнулся он до самой шеи

И след оставил кровяной,

Укус его был слишком слабый,

И остаюсь еще живой.

Слегка взволнованный от боли,

Я тихо крикнул и пропал,

В то время, где жил мой спаситель,

Я чудным образом попал.

И я увидел сам, как жил он,

И как безвольный был гоним,

Он днем скрывался от придворных,

И был им всеми нелюбим.

И как однажды взбунтовался

Весь люд в округе деревень,

Убили мать, его связали,

И жгли на солнце целый день.

Лишь ночь пришла в свои владенья,

Они загнали его в гроб,

Заколотили, закопали,

И ликовал кругом народ.

В пустынном месте среди леса

То было кладбище его,

И каждой ночью доносился

Свирепый вой уже давно.

Заснул надолго мрачный призрак

И гроб стал домом для него,

Но в этом доме слишком пусто,

И, кроме мрака, никого.

Но мой отец – потомок рода,

О том, что было много лет

Назад, он знал и своей целью

Он сделал вызволить на свет

Того, кто мог прожить и вечность,

И дар мог роду подарить,

Чтоб править миром бесконечно

И всех обидчиков убить.