Аврора. Заря сгорает дотла

Раздула огонь из углей, в который превратилось то, что разожгла Тильда. Туда же в котел положила яблоки, накрыла крышкой и повесила над огнем.

— Возможно, получится как в печке. Запечь.

Она села за стол, уронила голову на руки и принялась ждать. Вспомнила, что так и не отправила благодарностей его светлости, но — Какадук охотится и еще не вернулся. А с охоты, как говорил сам Фарр, птицу не позовешь...

Вот и хорошо, она все равно не знает, что сказать. А просто «спасибо» — это не то.

Неким естественным образом Ро задремала.

Разбудил жесткий и болезненный тычок в макушку. Не самое приятное пробуждение. Ро дернулась и узрела прямо перед своим лицом довольно тупое выражение глаз Какадука. В клюве белый попугай держал браслет из крупной золотой цепочки.

Ро протерла глаза.

— Это ты меня клюнул?

И обиженно потерла голову. Какадук закивал тысячу раз, тыча цепочку. Ро вытянула ладонь. Птиц открыл клюв, передавая хозяйке добычу. Ро тяжело вздохнула и снова прикоснулась к макушке. Больно.

— Нельзя так, понятно?

Какадук пронзительно продекламировал нечто непереводимое, взмахнул крыльями и выпорхнул в сад через открытую дверь.

— И это — твой обед? — услышала она укоризненное, вместо того, чтобы увидеть котел над огнем.

Котла, кстати, не было. А в углу кухни стоял, опираясь о костыль и кухонную тумбу, его светлость Фаррел Вайд. Перед ним на столе на тарелках покоились печеные яблоки. Не подгорели.

Ро мотнула головой, зажмурилась. Проморгалась. Посмотрела еще раз. Не показалось. Его светлость еще и изволили ухмыляться.

— А ты тут что делаешь?

— Некорректный вопрос. Это мой дом как бы.

— Но ты живешь во дворце!

— А иногда прихожу сюда. Из сентиментальности.

Ро покрутила головой в который раз.

— Но тебе ведь Квилла сказала лежать! Неделю!

— У Тиль язык без костей. Впрочем, это не новость. — А потом Фаррел сурово сдвинул брови: — Я просил зайти перед уходом. Тильда уверяла, что тебе нужно побыть одной, и я смирился.

— Я назвала его Какадук, — сочла Ро необходимым сообщить.

Какадук тут же прилетел на порог, сложил крылья за спиной и наклонил голову вбок. Мол — звали? Ро засмеялась, а Фаррел рассердился:

— Так было сложно отправить весточку? Я же просил!

Ро оторопела.

— И ты... — обвела его взглядом.

Нога в гипсе по колено. Лицо бледное. Одеяние черное, как всегда. И рубашка белая, в тон лицу и гипсу.