Аврора. Заря сгорает дотла

Но они теперь сожжены. Так что, думаю, ответы искать придется на маяке на краю света.

Вот и все. Все, чего она не собиралась говорить, вывалила как на духу... Просто потому, что желание разгадать загадку сильнее инстинкта самосохранения.

Чайки по-прежнему кричали, а ИХ молчание затянулось. Аврора переступила с одной ноги на другую. Холодно. Поскользнулась, покачнулась. Рука Фаррела тут же потянула ее прочь от пропасти. Но уже не ему на грудь — и то хорошо.

— Я забыл купить тебе обувь, — медленно проговорил он.

— Бывает.

— Хочешь мои сапоги?

— Они большие. Я люблю ходить босиком, все в порядке.

— Ты сказала очень много, Ро. Мне надо подумать. Думаешь, Странник не вернется?

Аврора покачала головой.

— Мне почему-то кажется, что он не ушел вместе со всеми... Почему он бросил далекозор? И куда делся компас? Сирены говорят, что эксперименты могут заканчиваться неожиданно, но...

Фаррел снова потянул ее наверх. Уже показалась маленькая пристройка в скале.

— Третья застава, — ткнул в нее пальцем дознаватель.

— Так говоришь, что знаешь дорогу к этому мифическому маяку?

— Его свет видно с двадцать пятого мередиана...

— Но их двадцать четыре!

— Считается, что у друидов есть особая карта в пещере...

Фаррел фыркнул и остановился перед дверью.

— Ты подозрительно много знаешь, Ро Бореалис. Еще и читаешь на друидском.

— Ну, чуточку. Я же наполовину сирена, — лукаво улыбнулась Ро. — И потому никак не могу быть твоей добычей.

При этом она встала на цыпочки, притянула его за воротник, чтобы посмотреть в глаза, и тут же отпустила.

Распахнула дверь и вошла внутрь, невозмутимая и совершенно развеселившаяся от сей маленькой шалости.

Блэквинга в каморке не было, остались только худой замученный повар и Барти. В отличие от Авроры, бедняге-новому-подручному пришлось спать прямо там, на лавке.

— Доброе утро, — жизнерадостно поздоровалась с присутствующими Аврора. — Как спалось?

Барти шевельнулся на своей лавке. Повар и вовсе завозился возле теплого очага. Оба протирали сонные глаза.

Но повар вскочил тотчас же и принялся раздувать угли, не говоря ни слова.

Фаррел Вайд вошел следом — на плечо Ро опустилась его тяжелая рука. Внутренности немедленно сотрясла дрожь, и Фаррел, похоже, это уловил, ибо приветствие его вышло ухмыляющимся:

— Как самочувствие, Барти?

— Ваша светлость! — подскочил и Барти. — Рад видеть вас в добром здравии!

— Давай без лишних формальностей, — бросил Фаррел, махом садясь на скамью напротив, где вчера сидела Ро.