Отрава для сердца моего

В комнате было сумрачно, в этом замке непонятно – день на улице, утро или вечер, только ночь отличалась от всех полнейшей темнотой. Недостаток света за неделю, что Ясна жила в этой комнате, действовал на нее угнетающе. И как же здесь было постоянно промозгло. Камин почти не спасал ни от холода, ни от сырости.

Девушка забралась под одеяло с головой, вылезать из теплого гнездышка не было никакого желания. Скоро, наверное, придет ее горничная, невысокая, что удивительно для волеронки, неулыбчивая девушка. Она принесет завтрак, это опять будут травяной чай, пара небольших сдобных лепешек и немного варенья в розетке, два раза было яйцо и один раз маленький кусочек ветчины.

Да уж, с голоду не умрешь, но и сытой себя не почувствуешь.

Ясна никогда не страдала отсутствием аппетита, привыкла плотно есть с утра и такого завтрака ей было недостаточно. Ужин был не намного сытнее, если не пирожные, спать бы она ложилась опять голодная.

На обед Ясна спускалась в столовую, три раза за это время она ела с Амьером.

Обед с ним и без него различался. Ей, одной, подавали жидкий суп и небольшой кусочек жилистого мяса или невразумительную котлету с двумя ложками каши в виде гарнира. Но Амьера кормили по-другому. Обед состоял из нескольких смен блюд, и, судя по ним, можно было подумать, что в замке принимали почетных гостей. А какие были десерты!

Увидев впервые в столовой за столом Амьера, девушка думала, что не сможет есть в его присутствии, но, видимо, два дня полуголодного существования сделали свое дело – аппетит ей Амьер своим видом не испортил.

Хотя нет, все-таки омрачил ей удовольствие наслаждаться пирожным. Ясна облизывала ложку с восхитительным десертом, прикрыв глаза, а распахнув их, она увидела направленный на нее голодный, жадный взгляд. О, такой мужской взгляд она прекрасно знала. И сразу же пирожное показалось ей горьким.

Положив ложку, Ясна опустила взгляд в тарелку.

— Ты наелась? – услышала она хриплый голос. – Если да, то можешь быть свободна.

Не раздумывая, девушка быстро поднялась и стремительно направилась к выходу.

— Ясна! – окликнул ее Амьер.

Она застыла у распахнутых дверей и медленно повернулась к Амьеру.

— Не надо меня провоцировать, – мрачно глядя на девушку, сказал он, – ты же воспитанная девушка, знаешь как себя вести. Облизывание ложек при закрытых глазах и стон наслаждения при этом, не входят в этикет за столом.

Ясна ошеломленно смотрела на мужа. Она стонала?

— Я распоряжусь, чтобы тебе на ужин приносили пирожное.