Верни долг, дракон!

- Вы все неправильно поняли! Я булочки с молоком брату принесла, а он уже спал, вышла в сад, а там он тоже спал.

- Игги?

- Да нет, страус! Разбудила его нечаянно, он побежал прочь. Темно ведь, переломает лапы! Нет бы спокойно позволил себя поймать, булочек бы поел…

- Булочки, значит, - ухмыльнулся Дарьяр. Ладони поползли вниз с моей талии. – Булочки – это очень хорошо.

Я ахнула, когда он сжал ягодицы. Дать пощечину, к сожалению, не представлялось возможным в виду того, в какой позе мы располагались.

Да и его глаза, снова прорезанные вертикальной иглой зрачка, отбивали желание бить мужчину.

- Ты, смотрю, по-прежнему себе ни в чем не отказываешь, - насмешливо протянул женский голос. – Тискаешь милашек прямо в кустах?

Дарьяр подхватил меня, и мы в два счета оказались на ногах.

- До спальни не дойти было? – продолжила незнакомка.

Даже полутьма не скрывала красоты ее точеного лица и фигуры в форме песочных часов.

- Вас это не касается! – огрызнулась я, покраснев.

- Напротив, кошечка, еще как касается.

Так что спрячь коготки и захлопни наглый ротик, пока тебе хвост не отдавили!

- Да кто вы такая?!

- Позвольте представиться, - она отвесила издевательский, но, тем не менее, грациозный поклон, - Анна Феррат, кузина короля. И невеста Дарьяра Севаста.

Глава 20 Скрестить мечи

ТЭЯ

К утру стыд не прошел. Вчера, подгоняемая им, я ушла из сада, оставив Дарьяра с невестой. Уши горели до сих пор. Представляю, как ситуация выглядела с ее стороны.

Если бы мой жених в кустах барахтался с посторонней мамзелью, я бы не церемонилась и выражения не подбирала! Они бы долго от меня по саду улепетывали, уворачиваясь от летящих вслед тяжелых предметов!

Тяжело вздохнув, я проигнорировала платья, которыми Севаст наполнил мой гардероб – с каждым днем их становилось все больше, будто они размножаются, и достала один из своих дорожных нарядов, скромный, но добротный. Потом отправилась искать брата.

Непоседа Игги обнаружился в саду. Оказалось, Дарьяр учит его бою на мечах.

Я застала их как раз в момент, так сказать, теоретической части, и залюбовалась. Хотела бы сказать, что сердце щемило от того, с каким восхищением брат глядит на своего учителя, впитывая каждое его слово. Но на самом деле в груди замирало от суровой красоты дракона, одетого в белую свободную рубашку и черные брюки, обтягивающие все места, в том числе, длинные мускулистые ноги.

Я прекрасно сознавала, что облизываюсь на чужого жениха.