Пропавшая Невеста

Как от нее избавиться? Кому отдать, чтобы не видеть зеленой лягушачьей кожи и скрюченных пальцев. И тут же вспомнил, что никому. Проклятый распорядитель со своим дурацким договором!

Тем временем она отыскала огрызок грифеля и клочок бумаги. Что-то нацарапала на нем и протянула Брейру.

Каракули. Незнакомые слова, неровные черточки и кружки. Он сердито смял лист и отшвырнул его в сторону. Хватит!

Зеленая притихла и настороженно уставилась на него своими блеклыми глазами.

— Значит так, — он подступил ближе, — я хочу, чтобы ты уяснила для себя одну вещь.

Я забрал тебя с отбора только по одной причине. Из жалости. Тихо!

Ее мычание раздражало все больше и больше, поэтому прервал ее взмахом руки.

— Теперь я вынужден вести тебя к себе и позориться перед своими людьми, — в голосе сквозило ничем не прикрытое сожаление, — То, что я тебя забрал — ничего не значит. Ты — никто. Досадная ошибка. Так что будь умницей, когда приедем, забейся в какую-нибудь дыру и не попадайся мне на глаза. Понятно?

К такому повороту Ника оказалась не готова, поэтому жалобно всхлипнула и попыталась отступить, но он поймал ее за локоть и дернул к себе.

— Понятно? — повторил с нажимом.

Дождался, когда она сдавленно кивнет, и оттолкнул от себя:

— Теперь проваливай!

Едва сдерживая рыдание, она выбежала из комнаты, пообещав себе, что никогда ни при каких обстоятельствах не позволит ему узнать правду.

***

Утром, едва Доминика проснулась, к ней в комнату постучались.

— Уходите, — проворчала она, сама не понимая своего голоса.

Он был все таким же ужасным, как и прежде, — я никого не хочу видеть.

Это была сложная ночь. Полная разочарования, слез и обиды. Ника все думала о тех, словах что ей в лицо бросил жестокий кхассер, и каждый раз кололо где-то глубоко-глубоко. Она не любила лечить саму себя — это забирало слишком много сил, но сейчас была готова и на это. Правда боль сидела так глубоко, и не в теле, а в душе, что магия Высшей оказалась бесполезна.

Стук повторился. В этот раз настойчивее.

— Надоели, — прошипела она и, скатившись с кровати, поковыляла к двери.

Увидев зеленую кожу и длинный нос, девушка, стоящая на пороге, испуганно отшатнулась и охнула, зажимая себе рот рукой. Но в этот раз Ника даже не подумала прикрываться. Наоборот встала, нагло подбоченившись, так, чтобы гостья смогла рассмотреть ее во все красе.

— Я одежду принесла, — заикаясь проговорила служанка и бочком протиснулась в комнату, — кхассер велел найти вам все необходимое.