Холодная дерзость: Отвергнутая Истинная

Но зато теперь ты понимаешь, на что я способен, что я могу открыть любому человеку и любой женщине целый новый мир. И мой выбор пал на тебя.

– Ч-что тебе нужно?.. – задыхаясь спросила девушка, заламывая пальчики, чтобы хоть немного отвлечься от истомы. – …мой кронпринц, – добавила она чуть погодя.

– О-о, малышка, всё очень просто… – Он подошёл ближе и небрежно ухватил сидящую Астру за подбородок. Девушка невольно прикусила язык. – Тебе повезло стать моей Истинной! Надеюсь, не нужно объяснять, что это значит? Ты уготована мне, принадлежишь мне телом и душой, ведь так пожелали сами боги.

И может и те, кто многократно превосходит богов в могуществе! Радуйся, маленькая птичка, ты себе и вообразить лучшей судьбы не можешь, чем та, что выпала тебе.

Он отпустил Астру и вдруг отвернулся, заложив руки за спину. Девушка вернула себе контроль над собственным телом и мыслями. И первое, что ей захотелось – это обрушить плошку с остатками еды на голову эльфа. Но нет, он же такой сильный и красивый… точнее, нет, это же подло, да и неразумно, да и Вафалэриан разве так прост, что его можно прибить посудой? Астра мотнула головой, она ещё не вполне пришла в себя, и решила, что лучшим из всех решений будет слушать, запоминать и думать.

А уж действовать она станет позже.

– Правда есть сложности. – Эльф выплюнул слова как жеванную жвачку. – Истинность – это сложный процесс. С одной стороны, влюблённые накличут на себя несметные беды, если воспротивятся зову своего предназначения, но с другой, до момента, когда священный союз будет заключён, они теряют жизненные силы.

Связь между нами создаёт водоворот, рыбка моя, куда затягивает и меня, и тебя. Но не пытайся понять, это не для твоих упругих мыслишек. Обмен и нестабильность наших сил заставляет меня ощущать слабость… и это, проклятье, так раздражает меня! Однако сейчас я занят вопросами мироздания, и не в моих силах пренебречь ими, чтобы соединиться с тобой. Да уж, придётся немного подождать.

Он всё говорил и говорил, а Астра старалась запоминать и не знала, что добавить.

Истинность, судьба мира, заветы богов… что всё это значит? В особенности для неё?

Тут однако эльф обернулся, и застыло на его лице такое злобное выражение, что недоставало разве что клыков кровопийцы:

– Так что не пытайся сбежать, мышка моя! – рявкнул он. Затем, правда, смягчился. – Ох, прости, нет-нет, я злюсь не на тебя, это всё усталость. Поддерживать этот мир на плаву – задача не для слабых. Будь спокойна, я буду тебя любить как никто другой.