Тирра. Игра на жизнь, или Попаданка вне игры

А тут… Зачем ему человек без крыльев и магии?

Сердце опять сжалось. Нет, лучше не думать об этом. В таких ситуациях всегда выручала жажда новых знаний. Вот ее слезами точно не зальешь.

«А Великий Поворот — что это? — схватилась я за незнакомый термин. — Как часто они случаются?»

«Когда Мировая Ось поворачивается на сто восемьдесят градусов, меняется местами Верхний мир и Нижний, Светлое и Темное, Добро и Зло. Строгой периодичности нет. Великий Поворот случается, когда доброе теряет признаки добра, а злое — зла; когда светлые совершают низкие и темные поступки, а темные — стремятся к свету; когда Верх становится дном клоаки, а Низ — расцветает садами блаженства».

Я вспомнила обольстительные, ослепляющие красотой пейзажи Нижнего мира. Вспомнила коварство адептки светлой магии, королевы Риаты. И благородство некроманта Дэйтара, Черного Ока его величества. Может, Великий Поворот уже близок?

«Успокоилась, леди-плакса? Сходи, умойся. К нам скоро явятся гости: я слышу и даже уже вижу, как пыхтит, поднимаясь по лестнице, этот боров Таррек».

Полезно иметь в союзниках говорящую видеокамеру-психотерапевта.

Но я не успела подняться, как дверь распахнулась наотмашь и ударила меня по предусмотрительно выставленному башмаку. Вот как знала. Может, я не только начинающий менталист, но и потенциальная пророчица?

— Госпожа! — вскрикнула ворвавшаяся Светара. — Где вы?

А вот об этой гостье Аркус почему-то не предупредил.

«Почему, Аргус, ты не предупредил о ней?» — Я еще помнила, что позывной с одной измененной буквой означал немедленный ответ.

«Девочка безопасна, и ты ей нравишься, а Тарреку — нет. И вообще, я не сторожевой дух, а учебно-методический».

«То есть мы уже не союзники?»

«Союзники!» — спохватился дух.

— Я здесь, Светара, — отозвалась я, а то девчонка уже в спальню помчалась и в ванную заглянула — проверить, вдруг я утопилась.

Она прилетела на мой голос в буквальном смысле — за ее спиной топорщились беленькие крылышки. Ангелочек да и только. Особенно в сочетании с вьющимися локонами.

— Что с вами, таинэ! — Она всплеснула руками и кинулась ко мне. — Подождите, я помогу вам подняться!

На лету она с силой захлопнула мешавшую ей дверь. С лестницы раздался вопль боли.

Дверное полотно отскочило от толчка обратно, едва не прихлопнув нас обеих. К счастью, каким-то образом между крепкой древесиной и хрупкими девичьими фигурами вклинился твердокаменный чеер-шар.