Тирра. Игра на жизнь, или Попаданка вне игры

Интересно, чем же Аркус так ценен, что Таррек даже обвинений в саботаже не побоялся, лишь бы заполучить контроль над учебным — всего лишь! — чеер-шаром?

Такое сокровище нельзя оставлять валяться в пыльном углу. И я под недоуменным взглядом Светары потащила тяжеленный камень в спальню и там закатила под кровать. Надеюсь, никто не сочтет это за почти супружескую измену? Аркус только хихикал, негодник, и советовал забрать его к себе под одеяло.

После всего, несмотря на усталость, я полночи не сомкнула глаз.

Подняв ментальные щиты, повторяла про себя строки из послания.

Чего Дэйтар хотел добиться? Какой хитрый план он придумал, которому я так мешаю своим присутствием рядом? Мне нужно, обязательно нужно получить личный чеер! Но я прекрасно понимала, что клан Белого Ворона, если он выступает за смену династии правителей, в этом совершенно не заинтересован. Связь — это информация. Информация — это власть.

Разве захотят они, чтобы я в любой момент могла переговорить с дедушкой Энхемом или магистром Нейсоном? С такими советниками я из беспомощной чужачки стану вполне влиятельной фигурой.

Если, конечно, некромант и менталист заинтересованы в том, чтобы Дэйтар из заложника мира не стал мощным врагом, правителем существ, чьи крылья проникают между мирами, а глаза прозревают по обе стороны жизни и смерти.

Лично я не хотела бы такого врага.

А потому действовать мне надо очень осторожно.

Даже если он тоскует. Он же не сказал, что любит. А тосковать можно и по друзьям или родине...

И проснулась я ни свет ни заря, как от толчка.

«

Паноптес-Аркус

, ты меня слышишь?»

«

Леди Кьорвей

, я весь внимание».

«Почему Таррек не хочет, чтобы ты был моим личным чеер-духом?»

«Честно?»

«Всегда честно, иначе не сработаемся».

Дух хмыкнул. И замолчал на минуту. Неужели дух не может собраться с духом? Забавно.

Пока Аркус медлил, я прислушивалась к физическому плану. Тишина. Дверь в перегородке слегка приоткрыта, из зала доносилось еле слышное посапывание: Светара выпросила разрешение не уходить в общий детинец, и теперь спала на диванчике.

«Гхм, — откашлялся Аркус, как будто у духа существовало горло. — Понимаешь, прекрасная леди, при жизни я был жутким бабником».

«Это не причина. Ты сейчас бестелесен, и вопросы плоти не должны тебя волновать».

«Но осталось же эстетическое наслаждение!»

Горстка пыли на шар, и не доставать из-под кровати! А еще лучше — в сундук его спрятать. Эстет нашелся!

«К делу, союзник».