Страж сновидений и ночной кошмар

Но украшают рубашку пуговицы из дорогого камня.

Я перехватила ладонь, которая спускалась по моей спине. На указательном пальце красовался перстень.

– Раньше я не видела его.

– Родовой, – пожал он плечами.

Легкая рубашка заправлена в брюки, как всегда пояс кожаный с кинжалом. Только брюки сегодня серые, а из обуви – туфли.

– Артон, а почему ты накрашен? – удивилась я.

– Телли, я не накрашен, – усмехнулся он, – это специальная краска.

Его глаза словно подводкой подведены, и дальше, к щекам, идут по три черных точки.

– Ты раньше не делал так.

– А сегодня нужно, – мягко улыбнулся он и поцеловал меня в губы. После уложил мою руку себе на локоть и повел вниз.

Гостей, конечно же, было не так много, как на балу императора. По словам Артона, тут были друзья родителей (даже моих), его друзья и члены семьи, с которыми Артон должен меня обязательно познакомить.

Как они успели так быстро все подготовить, я не знаю, но по размаху, будто начали за месяц до мероприятия. Мы вошли в зал, где уже общались гости, и нас тут же представили.

– Мистер Артон Риаль-Реон и миледи Теллариа Гернист-Ленти.

Все вновь изумились, наверное, из-за фамилии, ведь меня представили, как дочь Гернист-Лентов.

– Прошу вас, госпожа, вы можете пройти вот туда, – пригласил мужчина в однотонном камзоле, – вас будут поздравлять гости.

Артон отвел меня на положенное место, и началось…

– Госпожу Гернист-Ленти хотят поздравить мистер Риаль-Реон старший со своей прекрасной супругой.

К нам подошли родители Артона, Листилия обняла меня.

– Я очень рада, что ты пришла в нашу жизнь.

Они вручили огромную коробку, и отец Артона тоже обнял меня.

– Артон, – произнес он сыну, – вижу, посвятить нас в то, что ты сегодня еще и помолвку затеял, ты не захотел.

– Помолвку? – удивилась я. – О чем вы?

– Телли, – улыбнулась мадам Листилия, – на вас же символы.

И тут я поняла значение рисунков. Моя ладонь на локте Артона напряглась.

– Отец, вот стоило тебе… – произнес хитрый лис… То есть жук! – Я не хотел, чтобы Телли переживала.

Тут старший Риаль-Реон осекся и уже виновато посмотрел на сына.

– Мы думали, Телли в курсе, – произнесла Листилия. Они еще раз обняли меня и отошли.

Теперь я понимаю, почему на нас так смотрели: все поняли, кроме меня.

Далее провозгласили, что хотят меня поздравить мои родители.