Декада Джонс: Проклятие Падших

Слышишь?

Он наклонил голову чуть влево, подходя ближе. Из–за разницы в росте он смотрел на меня сверху вниз, и я снова тонула в Северно–Ледовитом океане его глаз. Это так путало мысли! Но я тряхнула головой и заставила себя вспомнить, какой урод Уильям. На долю секунды помогло, но когда Эрик подошел вплотную…

– Да? – тихо произнес он, и мне это напомнило мурлыканье кота. Так, Декада! Ну–ка, хватит вестись на этот гипнотический взгляд! У тебя есть важное дело, и ты должна думать о нем, а не… об этих прекрасных глазах, и скулах, и плечах, и… Х–В–А–Т–И–Т!

– У меня важное дело, и твои прекрасные глаза меня не остановят, – серьезно выдала я, нахмурившись.

И только секунду спустя поняла, что сказала… Ой, мама! Я почувствовала, как заливаюсь краской до кончиков рыжих волос, и отвернулась.

– Стой–стой, ты сейчас назвала мои глаза прекрасными? – с улыбкой Чеширского кота переспросил парень.

– Отстань, – буркнула я, но Эрик только рассмеялся. Я обиженно фыркнула и опустила голову.

Смеяться он еще будет! То же мне! Вот так бы я обиженная и стояла, если бы брюнет не взял ситуацию в свои руки. В прямом смысле! Он поднял мое лицо на уровень со своим, чтобы мои глаза были прямо напротив.

– За это я тебя и люблю, – прошептал парень, от которого я была без ума, выдыхая пар в морозный воздух. Его теплые ладони согревали и так горящее лицо, а от слов сердце трепетало.

– Я… тоже тебя люблю, – одними губами выговорила я, потому что голос резко пропал.

Но этого оказалось достаточно. Улыбнувшись, Эрик провел носом по моей щеке, по носу и, наконец, поцеловал. Вот только…

– Эрик! – я ударила его рукой по груди, отстраняясь.

– Что?

– Важное дело! Помнишь?

Брюнет раздраженно вздохнул и, отступив от меня, поправил выбившиеся из укладки (и зачем она ему нужна? Его волосы в любом случае будут выглядеть прекрасно! Так, хватит, Декада!) волосы.

– Я тебя слушаю, – сказал он, как врач на приеме.

– Твой отец… – с воодушевлением начала я, уже собираясь выдохнуть все эмоции, скопившиеся за долгое время, но Эрик меня оборвал.

– Стоп, стоп, ни слова больше!

Я ошарашенно заморгала. А потом насупилась и, сложив руки на груди, уставилась на падшего.

– Это почему же?!

– Если ты снова заведешь эту шарманку, клянусь, я…

И при этом было видно, что Эрик действительно зол, он нахмурился, даже сжал руки в кулаки, но тут же отпустил. Видимо, непроизвольно.