Светлый феникс. Академия ХИЛТ

Я знаю, что Мэнор бывает невыносимым, холодным и безжалостным, однако он всегда будет защищать то, что ему дорого, и не позволит обидеть членов своего рода. Как бы там ни было, Лейнард остается патроном леди Марины. А за своих брат будет биться до последнего.

— Именно! Так почему вы отступаете сейчас? — Как удобно прикрыться тем, что в семнадцатом роду случились перестановки и волнения!

— Как интересно ты называешь предательство. — Лорд Арван стремительно подошел к жене и крепко обнял. — Мы оба знаем, что там, где можно получить наибольшую выгоду, Мэнор из шкуры вылезет, но получит ее и даже сверх того, но он не станет рисковать, если риск неоправдан.

Леди Марина все еще не пришла в сознание, девочка восстанавливается очень медленно, а Лейнард вынужден тратить силы на то, чтобы не сойти с ума, а теперь скажи, Руди, есть ли у них время и силы на новое разбирательство? И есть ли гарантия, что это не навредит роду Марины?

Леди Рудана обмякла в руках мужа.

— Это я понимаю, — выдохнула она, — как и то, что сейчас ни расследование неуместно, ни общение леди Марины с представителем Совета невозможно.

Но я не могу спокойно реагировать на такие вопиющие нарушения и подставы. Виновные должны быть наказаны!

— И будут, Руди, — уверенно ответил лорд Арван. — Мэнор мог потерять сына, ты правда считаешь, что он это проглотит? Я уже молчу о самом Лейнарде, который, узнав новости, лично перевернет весь Тантерайт, но найдет тех, кто причастен к подлогу.

— А мы? — тихо спросила женщина.

— А мы в этом ему поможем, — твердо сказал ректор. — Ты выходишь леди Марину, позаботишься о том, чтобы девочка не только пришла в себя, но не утратила магию. Этого будет достаточно. Позволь мужчинам решать все остальное, не трать силы на гнев, твоя забота и любовь — наилучшее лекарство.

— Хитрый ты лис!

— Сладкая булочка, — нежно прошептал лорд Арван.

— Прыщавый лордишко, — не осталась в долгу леди Рудана и выдохнула.

Она вдруг поняла, что напряжение, столь долго сковывавшее ее тело, отпустило.

Желание поколотить брата мужа полностью не исчезло, но перестало быть зудящим.

И пусть женщине все еще было обидно за высказывания главы рода, она помнила, что Мэнор, несмотря на все свои отрицательные стороны и довольно неприглядные поступки, детей своих любил. Возможно, не той любовью, которую испытывала сама леди Рудана, однако по-своему их оберегал и заботился о них.