Выжить. Остаться собой.

Перед тем, как уйти, неплохо бы одеться. Возвращаться в барак для этого слишком рискованно. Пришлось красться к вещевому мешку Аравия. Практически не дыша, осторожно развязала тесемки и нащупала какие-то тряпки.

Мне попались короткие штаны. Отлично, тут же натянула их на себя, подпоясавшись той самой веревкой, что еще днем дала Ильшари. Рубашка тоже нашлась, заправила ее в штаны и, более не мешкая, покинула опостылевшее строение.

Несмотря на горячее желание как можно скорее покинуть лагерь, прекрасно понимала, что без еды долго не протяну.

Пришлось завернуть в кухонный уголок. Нашла какую-то тряпку, понадеявшись, что она не слишком грязная. Завязала в нее все съестные припасы, что смогла найти. Не так уж и много, но на первое время хватит. В последний момент заметила бурдюк с водой, его тоже прихватила. Вот теперь можно уходить.

Я шла по прямой. Прошла мимо нервно дернувшегося птеродактиля. Прости, но тебе я помочь не могу, - мысленно повинилась перед зверем.

Поначалу деревья вокруг росли не слишком густо, но чем дальше я удалялась, тем непроходимее становилась чаща.

Шла я довольно быстро и уже не меньше часа. Замерла, прислушиваясь. Такой знакомый звук. Что это?

Уже буквально через сто метров ответ нашелся сам собой и не сказать, чтобы он мне понравился. Деревья словно по волшебству расступились, и я оказалась на краю высоченного обрыва. Внизу бушевало море, именно его звук я и слышала. От воды шло небольшое свечение, позволившее мне рассмотреть окрестности. Скала, на которой стояла, до того отвесная, что спустить нечего и думать.

Подойдя максимально близко к краю, посмотрела во все стороны. Все, что я могла видеть – отвесные скалы и бушующее море внизу. Вот почему меня никто не караулил – похоже, мы на острове.

Мне показалось, что вдали, на воде я заметила суденышко, но утверждать бы не стала, все же слишком далеко, а ночью толком ничего не видно.

И что же делать? Возвращаться? Попытаться обойти это место по кругу? Скрепя сердце все же решила, что сегодня разумнее всего будет вернуться, а уже завтра попытать счастья, обойдя лагерь с другой стороны.

Если сюда я шла довольно бодро, обратный путь дался труднее. Ноги не хотели слушаться, осознание, что возвращаюсь добровольно в Жахжену не радовало. Что еще придумает Аравий, чтобы унизить меня? Этот день я пережила только потому, что верила, уже сегодня ночью выберусь из этого жуткого места. Теперь же…

Добредя до лагеря, услышала странный шум, женские крики, возню.