Крылатая рать

Потом они побежали к замку Созидателей, где в темницах томились женщины-фантазерки, чтобы освободить их.

Вскоре все обитатели острова собрались на широкой площади перед главным замком. Рассвет обратился к ним, обозначив главную задачу: силой воображения разрушить купол.

Лгунья выступила вперед и начала дирижировать руками. Творцы послушались ее и сосредоточились на одной общей задаче. Непонятно как, но они понимали движения ее рук, превратившись в огромный хор. Волны их фантазий слились в одну, и купол рассыпался.

Лгунья из дирижера превратилась в художника. Казалось, в руках у нее кисть, а перед ней полотно. Она водила по воображаемому полотну воображаемой кистью, и все видели, как в воздухе над балконом материализуется крылатый конь, сотканный из облаков и лучей солнца. Чудесный жеребец взмахнул крыльями и полетел к материку, где он был так нужен, где его так ждали.

Часть третья. Жар-птицы. Глава 26

«В сказке ложь, да в ней намек»

(устное народное творчество)

«Зорко одно лишь сердце»

(Антуан де Сент-Экзюпери)

Глава первая.

Странники

Закат зажег траву на горизонте. Острые языки пламени лизали оранжево-желтые полосы, расходящиеся от Солнца, а там, где алый диск касался воды, вверх поднималась легкая дымка пара. Огромное гладкое озеро бежало от горизонта и ласково подползало волнами к ногам рыжеволосой девушки. Она стояла на берегу одна, совсем нагая, наслаждаясь нежными прикосновениями теплой воды.

Наконец, девушка медленно вошла в воду и, мягко оттолкнувшись от дна, поплыла. Ее руки, как крылья огромной птицы, то выныривали из воды, то вновь погружались в волны. На берегу ярко горел костер, вознося к небу дерзкие язычки, как будто пытался состязаться с раскаленным солнцем.

Но вот солнце уже почти совсем скрылось, тонкая полоска у горизонта побледнела и стала нежно-розовой. Девушка вышла из воды и хотела было направиться к огню, но вовремя остановила себя.

Вечерняя прохлада обняла ее влажное тело, но желание тепла еще не вполне сформировалось – надо было еще подождать.

Приятная свежесть превращалась в назойливый холод, тело покрылось мурашками. Казалось, что еще чуть-чуть – и ноги сами, вопреки велению воли, понесут ее к вожделенному теплу. «Пора!» – наконец-то разрешила себе девушка, устремляясь к костру.