Крылатая рать

– Пятеро всадников скачут по дороге в сторону Большого Маяка, – пояснила девушка.

– Я ничего не слышу, – заметил Сэм.

– Приложи ухо к земле, – без улыбки посоветовала девушка.

Пит засмеялся, а Сэм обиделся и отвернулся.

Оказавшись возле дороги, путники полезли на дерево, чтобы перебраться через сеть. И тут Сэм тоже услышал. И Пит. Путники затаились.

Когда топот приблизился, Сэм и Пит смогли воочию убедиться, что их спутница не ошиблась даже в определении количества путешественников.

– Пропустим их, – шепотом предложил Сэм.

– На этот раз нет, – так же шепотом возразила девушка, как будто был и другой раз. – Мне нужна добрая лошадь.

– Приказа такого не было, – попытался спорить разбойник.

Но тут за нее вступился Пит, заявив, что если его подруге нужен конь, то он как мужчина обязан его добыть.

Спорить было уже поздно. Всадники приблизились настолько, что могли их услышать. Девушка взялась за рукоять огненного кнута и приготовилась к прыжку.

Когда всадники поравнялись с деревом, на котором сидели разбойники, те дружно устремились вниз. Трое всадников, следовавших в конце группы, были сбиты с ног. Услышав шум, их товарищи оставили лошадей и развернулись. Девушка выхватила бич и встала над откатившимися в траву путниками.

– Лежать и не шевелиться! – приказала она им. – А вы, если хотите, чтоб ваши товарищи были целы, слезайте с коней и бросайте оружие.

Всадники повиновались и спешились. На землю полетели шпаги и кинжалы.

Собери оружие и разоружи остальных, – попросила девушка Пита. Безоружных путников привязали к деревьям у дороги, по другую сторону привязали лошадей. Разбойники пошли докладывать о происшедшем атаману. А Безымянная выбрала себе коня и, вскочив в седло, поскакала к своей цели: из небольшого Багряного леса – по Большой дороге – по низинам Озерного края – к огромному, навевающему жуть, черному и беспросветному Дремучему лесу.

Она не знала, как такое могло получиться.

Необычным казалось ей и то, что она не чувствовала усталости, не испытывала голода и жажды. Во всем теле она ощущала певучую легкость, а в голове – ясность. И только тогда, когда она в полной мере осознала, что ей предстоит войти в этот черный, мрачный, неизведанный Лес – к ней подступил страх.