Дракон коварный, одна штука

– Харринтер, – новый приступ кашля. – Прибыл… поступать.

– Кто там кхэкает? – прозвучало из глубин казармы.

Через миг из далёкой тени выступил ещё один индивид.

Если первый ассоциировался с завхозом, то этот однозначно относился к числу командиров. Высокий, плечистый, с широкой грудной клеткой и узким тазом. Животика даже не намечалось, волосы были густыми, короткими и чёрным. Выправка – прямой.

«Командир» приблизился, тоже окинул меня взглядом, и на миг почудилось, что мой маскарад раскрыли. Потом он поморщился и сообщил:

– М-да…

Прозвучало уничижительно, но я не обиделась.

– Ладно-ладно, – отмахнулся второй. И уже «завхозу»: – Какая у него койка?

Лысый заглянул в вынутый невесть откуда список и сообщил:

– Шестьдесят шесть.

Тут выяснилось, что на данный момент я единственный прибывший кадет. Брюнетка перестаралась, выпихнула слишком рано. Зато благодаря её прыти мне позволили осмотреться:

– Погуляй пока, – буркнул «командир».

Кивнув, я тут же отошла к кроватям. Посмотрела на таблички с номерами и торопливо зашагала вдоль ряда, попутно ощупывая собственные карманы. Фляжка обнаружилась быстро и я, отойдя на достаточное расстояние, хлебнула зелья.

Оно оказалось неожиданно приятным, сладким, зато голос после него…

– Приём, – прошептала я. – Раз-раз.

Сказала и споткнулась, потому что ничего общего с девичьим пищанием. Баритон прозвучал настолько естественно, что я опустила руку и торопливо потрогала себя между ног – не отросло ли там чего-нибудь лишнего?

К счастью, с этим обошлось, зато с остальным…

Я отыскала кровать, которая оказалась на верхнем ярусе, и, вспомнив упомянутые вещи, заозиралась.

Впереди была стена, и я отправилась обратно вдоль ряда. В процессе обследования казармы обнаружила большой общий санузел, душевые без дверей, кухню, столовую и лестницу на второй этаж.

Рядом с лестницей висело зеркало, и я, вспомнив слова брюнетки про лицо, приблизилась, дабы опять увидеть своё отражение. На него зелье тоже повлияло – я осталась вроде собой, а вроде и нет.

Черты изменились. Лицо стало шире, подбородок массивнее, брови гуще. Теперь я в самом деле напоминала парня – миловидного, женственного, но именно парня, а не девушку, нацепившую мужской костюм.

Нервно сглотнув от этой продуманности, я пошла дальше.