2. Пари на любовь (псевдоним: Тата Орлова)

Для нас с Лаурой это стало сигналом, что пора укладываться. Пока в коридорах не утихомирятся, звереныши на охоту не выйдут, а потом будет уже не до сна.

С предположениями не ошиблись. Мы с Лаурой уже крепко спали, когда в нашу дверь довольно громко постучали.

Я проснулась первой, приподняла голову, пытаясь определить, не приснилось ли мне это. Когда стук повторился, решительно перелезла через лежавшую с краю подругу. Засветила магический шар и, накинув на плечи шаль, подошла к двери:

- Кто?

- Это я, - отозвались оттуда голосом Алекса.

- Уже поздно, - попыталась я вразумить наглеца, с трудом сдерживая улыбку. Судя по тому, что за окном было совсем темно, метаморфы в комнате Скорски уже успели отметиться.

- Открой! – уже тверже произнес маркграф.

- Кто там? – сладко потянувшись, спросила Лаура. 

- Спи, это Алекс, - «успокоила» я ее.

- Алекс?! – тут же приподнялась она. Села, натянула повыше одеяло. – И что ему надо? – непонимающе уточнила она.

Я прыснула в ладошку, но ключ в замке повернула, уже не улыбаясь.

- Надеюсь, случилось что-то серьезное, раз ты разбудил нас среди ночи?

- Нас? – оттерев меня плечом, вошел он внутрь. Огляделся.

- Может, заглянешь еще под кровать? – на мгновение опередив меня, иронично поинтересовалась Лаура.

- А ты здесь что делаешь? – перешел в наступление Алекс.

- Прячусь от Агжея, -  огрызнулась подруга. – И где только ваши манеры, господин маркграф? Врываетесь ночью к незамужним девушкам.

- Значит, это не вы, - проигнорировав ее слова, Алекс еще раз осмотрел все вокруг.

- Что не мы? – нахмурилась я, вроде как, начиная о чем-то догадываться.

- Кто-то проник ночью в комнату магистра Скорски. Нарисовал на его лице маску магической краской, оставил черный цветок и записку с требованием признаться самому.

- В чем признаться? – продолжая хмуриться, мотнула я головой. 

- Вот это и интересно, - подозрительно посмотрев на меня, ответил Алекс. – А вы точно не знаете?

Прежде чем ответить, усмехнулась:

- Если только в том, что засудил сына, - дернула я плечом, - но из-за этого черные метки не оставляют.

- Вот и я так подумал, - неожиданно согласился со мной Алекс. – Тем более что сам Ивар Воев-Скорски спокойно спит в своей комнате. Как и его дружок.

- Значит, к нам никаких претензий, - мило улыбнулась Лаура Алексу. И, зевнув, добавила: - А то спать очень хочется.

- Никаких, - был вынужден признать де Риньи.