Рыбья Кровь и княжна

Чувствуя за собой сотни конников, которые, как и он, мало что видели в темноте, князь шепотом умолял коня: «Только не оступись!» Хотел было присоседиться к мчащейся сбоку колеснице, но вовремя вспомнил о мечах в ее ступицах. Двухсаженную пику придерживал возле колена – так сильнее был упор на веревочную петлю, надетую на лошадиную шею.

Кутригурские костры возникли сразу со всех сторон – черноярское войско без преград ворвалось в их стан. Дарник ощутил сильнейший толчок, от которого едва не вылетел из седла, его пика сама нашла свою жертву, да не одну, как позже он выяснил.

Веревочный конец от удара лопнул, и в руке осталась четверть древка пики. Князь потянулся за колчаном с сулицами, но колчан от толчка сорвался с передней седельной луки. Выхватив верный клевец, Рыбья Кровь изготовился наносить им удары. Впрочем, пустить оружие в ход ему удалось всего раз или два – арсы быстро нашли своего князя и, тесно окружив, оставили его в роли стороннего наблюдателя.

Шум быстрой расправы стал ослабевать, его сменил свист арканов – каждый из катафрактов и жураньцев стремился захватить по пленному.

Светлая полоса у восточной кромки степи постепенно придавала всему чуть более отчетливые контуры. Над ставкой кутригуров развевались только черноярские знамена. Самый кровавый урожай пожинали колесницы, возле каждой громоздились целые груды трупов с отрубленными конечностями. Пешцы ловили уцелевших лошадей и тоже в охотку вязали пленных. Легкая конница жураньцев ушла в погоню за убегающим противником.

Дарник нашел свою сломаную пику. Она пронзила троих степняков: в бок, шею и плечо. Третий, раненный в плечо, был еще жив. Приказав его перевязать, князь вместе с арсами поскакал к сторожевому кутригурскому отряду. Там тоже праздновали полную победу. Ополченская хоругвь, неплохо показав себя еще в первой битве, сейчас чувствовала себя вообще женихами. Больше всего их радовало, что по традиции все, кто участвовал больше чем в одной битве, отныне могли с гордостью именоваться бойниками.

Утренний рассвет подвел итог сражению: пять тысяч убитых кутригуров и две тысячи пленных. Во всем черноярском войске недосчитались около трехсот воинов. Услышав об этом, Дарник не поверил. В ромейских свитках правда встречались такие несоответствия потерь среди победивших и побежденных, но он всегда принимал это или за намеренное приукрашивание, или за ошибку переписчиков. Приказал еще раз все перепроверить.