Рыбья Кровь и княжна

Через два дня серебро было выплачено, правда, не двадцать четыре тысячи, а только двадцать (Нахум клялся на Талмуде, что больше в Черном Яре денег нет), но Дарник и на двадцать не очень-то рассчитывал.

8

Если из Черного Яра выступили, можно сказать, налегке, то после основательной остановки в Остёре, когда ратникам была выдана часть причитающихся им дирхемов, войсковой обоз значительно потяжелел. За столом князя Вулича Дарнику снова пришлось стеречься с едой и питьем – слишком много кругом было славословия в его честь.

Зато на торжище он уже хорошо знал, что именно надо покупать, чтобы насытить самый привередливый вкус Всеславы и ее челяди. Корней злословил:

– Все равно найдет к чему придраться. А как четыре наложницы тебя еще выпотрошат! Ты им постоянное жалованье платишь или подарками отделываешься?

Глядя на князя, трясли мошной для своих жен и воеводы, за ними и простые ратники. Запасливые становые сотские не забывали нагружать повозки разным железом и мешками овса с пшеницей.

У первогодков-ополченцев, теперь уже бойников, вообще голова шла кругом – тратили монеты непонятно на что.

С большим трудом Дарнику удалось оторвать войско от этого покупательного морока и вывести его на Короякскую дорогу.

– Куда мы денем эту новую прорву бойников? – с беспокойством спрашивал Борть, едучи подле князя и оглядывая новоявленных бойников. – Ну хорошо, прогуляют они в Липове свою добычу, а дальше что?

– Будем закладывать новые городища, – говорил ему Дарник.

– А как ты их заставишь пшеницу и лен сеять?

– Перестанем даром кормить, сами за дело возьмутся.

– Или с кистенем на дорогу выйдут, – бурчал воевода.

Действительно, обо всем этом приходилось беспокоиться заранее. И когда накануне прибытия в Липов произошла новая раздача монет, Рыбья Кровь обратился к первогодкам с небольшой речью:

– Когда мы придем в Липов, у вас останется лишь одно право: во всякое время приходить в Войсковое Дворище и есть за общим столом с гридями.

Кто-то найдет себе новую службу, кто-то нет. Поэтому самым лучшим для вас будет вернуться до весны в свое родное селище с дирхемами, славой и кутригурской булавой. Пускай все родичи вам позавидуют. Кто не захочет зимовать дома, может вернуться в Липов, но только не один, а с наложницей или женой. Тогда станет княжеским бойником, получит дом, землю и рабов.

Молодые лесовики слушали с растерянным видом.