Айдест. Истинная для альва

Который год ее хотели укрепить и засыпать хоть щебнем, но все время откладывали. И вот теперь альвы увидят этот позор! Там наверняка даже кони увязнут по колено, не то что кареты с повозками.

Однако работа есть работа. Софи надела сумку через плечо и пошла за своим любимцем. Он стоял в стойле и прядал ушами. Старый конюх быстро оседлал гнедого жеребца, и девушка, пришпорив его, помчалась прочь из города.

[1] Рьер и рисса далее по тексту уважительное обращение к мужчинам и женщинам, в значении госпожа и господин.

[2] Уважительное обращение к мастерам (магам) достигшим определенных заслуг. Для магов по достижении 1 ранга, звания архимаг.

[3] В настоящее время под этим термином понимается любая крепостная стена

Глава 2

Глава 2

Айдест стоял у красивого надгробия, украшенного статуей девушки, так похожей на его мать. Мастер постарался на славу, казалось, будто еще миг и она встанет, рассмеется и обнимет его, как в детстве. Только вот прошло уже не одно столетие, а ничего не изменилось.

Его отец, эталон настоящего альва, красивого, надменного и холодного, стоял рядом. Даже в такую ненастную погоду он сохранял величественное лицо, будто не вымок до нитки и вообще привык к холоду. Он небрежно опустился на колени рядом с могилой, погладил лицо статуи и, словно очнувшись от забытья, вздрогнул, отступил в сторону, кинул букет цветов и обернулся.

– Это все ты! Ты во всем виноват, – прошипел мужчина. Его благородные черты лица исказились гримасой ненависти, которую он даже не пытался скрыть. Мышцы напряглись, будто он собирался броситься с кулаками на стоявшего перед ним молодого альва, так цинично усмехавшемуся ему в ответ.

– Конечно, отец. С самого момента моего зачатия я методично планировал убить сначала леди Кайриссу Тар-О-Бьен, а потом вас - лорда Айзена Тар-О-Бьена. Вы каждый день напоминаете мне об этом, отец.

Казалось, Айдеста совсем не трогают эти слова, скорее даже забавляют.

– Ты отродье Темного, щенок! – Мужчина замахнулся, чтобы ударить зарвавшегося сына, но остановился, завидя приближающихся к ним людей. – За какие грехи рода я вынужден терпеть тебя?

– О, послушать тебя, так ты просто сама святость, а дары темного, к которым ты так часто прибегал, совсем никак не повлияли на твое возвышение.