Месть со вкусом мяты

Если вначале Енка играла ещё осторожно, боясь провокации с его стороны, то после двух лёгких выигрышей, вошла в азарт и, проходивший мимо Треик обалдел от криков, раздававшихся из спальни леди гувернантки:

- Ннна! Получи! А вот так? Ща ты у меня сбегаешь на кухню за пирожком! Что? Фу, жалкая подача... Я её легко возьму драконом. Получи по носу! Рааааз, дваааа, трииии...

И вдруг голос его сиятельства:

- А мы вас вот так! Что, съели, леди Йена? Теперь вам выполнять мои желания! - граф даже в азарте не изменял свои привычкам и этикету - на ”вы” и “леди” были неизменны.

Леди фыркнула недовольно:

- Подумаешь, один раз выиграл... Не считается. Ладно, озвучьте уже своё желание.

Дальше Треик не рискнул подслушивать, на цыпочках, по стеночке, убрался в свою комнату. А как ему хотелось узнать, что же там дальше! А ещё лучше - подсмотреть... Но он боялся, что граф его обнаружит и тогда придётся бедолаге с “чёрной” меткой искать себе другого хозяина. Льёнанес-Сильме тем временем придумывал ей задание.

Он уже три раза бегал на кухню то за солью, то за водичкой с мятой, то вытирал пыль под столом. Чем бы отомстить? Что бы придумать? Но в голове вертелось только одно - поцеловать... прижать к себе... вдохнуть запах волос... И чем дольше он молча смотрел на неё, тем сильнее Енка начинала нервничать. Что за зараза этот граф! С тем, Горынычем, всё было ясно - пришёл, увидел, застолбил, а этот только смотрит и молчит, как рыба об лёд, но внутри всё гореть начинает... Она первой не выдержала, вскочила, рассыпав карты, и заявила, съехав на тоненький голосок:

- Долго думаете, вашество, лимит исчерпан.

Да и поздно уже. Мы, кажется, увлеклись, время к утру ближе, - и указала на дверь. Он откланялся, как и положено, но уже выходя за дверь, повернулся и, просверлив девушку своим взглядом, заявил со значением:

- Карточный долг... долг чести. Так что - он остаётся за вами. Я придумаю обязательно...

- Ну, знаете... - но не успела возмутиться, дверь закрылась и последнее слово осталось за ним.

Она, разозлившись больше на себя, чем на мужчину, быстро скинув верхнюю одежду, так в нижнем и выскочила в бассейн. Нырнув с бортика в воду, она долго плавала, успокаивая нервишки.

- Чтоб этого графа... Да что он возомнил... Ну, я ему устрою... Да меня и Горыныч так не злил... Стоп! - она остановилась, замерев у бортика. - Я поняла... Он специально меня провоцирует. Чего хочет? Чтобы я влюбилась? Так нет! На-ка, выкуси! Не дождёшься...