Арошка

— Перед ураганом я думала о яблочках, ох, чуть не забыла про гранат. Сладкое, сочное, хрустящее».

Ураган стих, воронка выплюнула на землю пожёванного профессора Гасжеротта. Тролльчиха радостно захлопала в ладоши, из-за её спины показался эльф. Арошка в избытке чувств бросилась ему на шею и поцеловала в щёку.

— У меня получилось! — похвасталась она Романлоку.

Эльф покраснел от смущения до кончиков ушей. Девушка поняла, что позволила себе немного лишнего, отпустила парня и отступила на шаг.

— Я рад за тебя, — Романлок принялся растирать шею.

Серафим закряхтел, приподнялся и сбросил с себя каменный плавник. Профессор Гасжеротт умирал где-то за фонтаном, в темноте были слышны его надрывные стоны. «Так тебе и надо», — злорадно подумал ректор, направляясь к нему. Гасжеротт к тому времени смог подняться на ноги.

— Не дождёшься, — прошипел он Серафиму, видя в глазах того веселье.

— Жаль, — сочувственно покивал головой ректор.

Взгляды мужчин остановились на провинившейся тролльчихе. Под глазом профессора расплывался синяк, ладони Серафима кровоточили мелкими царапинами.

— Арошка, живо в мой кабинет.

Эльф героически сопровождал девушку до самой двери, которую Серафим захлопнул перед самым его носом. Гасжеротт уселся на стул, пытаясь пальцами привести взъерошенные волосы в порядок. Ректор сделал глоток воды прямо из кувшина, правда там осталось совсем немного воды, но ему хватило, чтобы перевести дух.

— Мы с уважаемым профессором хотим обсудить твоё…

— Наказание! — гневно перебил Гасжеротт.

— За что?! — изумилась Арошка. — Я же выполняла ваше задание. Мы с Романлоком практиковались в заклятиях ветра и дождя!

Профессор нервно дёрнул кадыком и смерил ректора ненавистным взглядом.

— Прекрасное дитя, — примиряюще начал Серафим, чувствуя, что надо срочно сгладить острые углы, ещё не хватало раскуроченного кабинета, тем более его собственного. — Ты, мягко говоря, перестаралась. Домашнее задание не подразумевало вызов во дворе Университета урагана.

Тролльчиха насупилась, возразить ей было нечего. Гасжеротт довольно ухмыльнулся, правый глаз профессора медленно заплывал.

— Наказание для твоего же блага, — увещевал Серафим девушку. — Чтобы ты научилась соизмерять силу и последствия.

Арошка всхлипнула, Гасжеротт замахал рукой ректору, мол, ты, старый дурак, перестараешься сейчас. Серафим сглотнул, заметив, как прожжённая тетрадь всплывает над столом.