Жрица. Путь предназначения

И я так усиленно убеждаю себя в этом, что у меня почти получается.

- Ты знаешь, - тихо добавляет Анья, приближаясь ко мне почти вплотную, - это впервые, с тех самых пор… когда она зашла сюда, на территорию. Ты этого не знал, да?

Не знал. Окидываю невидящим взглядом лестницу, будто всерьез надеясь, что Агата здесь вдруг появится, больше всего на свете желая сейчас крепко прижать ее к себе и поддержать. Разделить ее боль на двоих, забрав большую часть себе. Но Анья права…

- Я понял, - облизнул пересохшие губы и медленно пошагал по ступенькам наверх, - если она хочет побыть одна, я не стану ей мешать.

У меня уже начало покалывать в боку, когда эти демоновы ступени наконец-то закончились. Не сдержавшись, шумно с облегчением выдохнул, едва шагнув на широкую площадку с россыпью непонятных рун. Странно, но здесь было настолько чисто, что я с трудом сдержался от желания потереть ладонями камни пола, чтобы убедиться в этом. Если бы не пара сухих листьев в дальнем углу, то я был бы уверен, что кто-то приходит и регулярно выметает и вымывает здесь все с упорством фанатика.

Рядом со мной громко пытались отдышаться Адир и Тори, а Анья, на зависть всем нам, спокойно ходила рядом, будто не шагала рядом, а парила на крыльях. Ее форме можно было только позавидовать, что мы и делали, жадно хватая ртом стылый воздух.

Здесь было довольно холодно и промозгло. Ледяные порывы ветра заставляли ежиться и плотнее кутаться в куртки.

Мы уже более-менее отдышались, и теперь безмолвно взирали на Анью, ожидая указаний и надеясь, что она знает, что дальше делать.

И наши ожидания оправдались – с легкой улыбкой она указала Тори на середину площадки с большой золотой руной в кольце мелких, и попросила туда встать.

- А нам что делать? – спросил я больше с надеждой согреться. Стоять без движения было неуютно.

- Стоять и не мешать. Здесь ждут только ее, - резковато ответила девушка, даже не повернув головы.

Я молча пожал плечами – стоять, так стоять. Потерплю, бывало и хуже. Тем временем, Тори сделала то, что ей велели – медленным шагом подошла к нужному месту и, чуть замешкавшись, встала в круг.

Я понимал ее нерешительность – неизвестность обычно страшит больше всего, тем более в одиночку.

С минуту ничего не происходило, и я вопросительно поднял брови, переводя взгляд на Анью. Девушка ничего не ответила на мой молчаливый вопрос, только дернула головой, что можно было истолковать и как требование не мешать, и матерный посыл в дали далекие, и настойчивую просьбу еще подождать.