Жрица. Путь предназначения

О том, чтобы встать и речь пока не шло – все откладывалось еще на два-три дня. Эта новость расстроила всех.

До заката мы еще успели немного проехать, решив увеличить расстояние между нами и проклятыми болотами. Вероятность повторной встречи с памятными упырями были мизерной, но нам все равно было не по себе. Да и в таком случае в Глубокую Топь мы должны будем въехать задолго до завтрашнего заката, где миражом соблазняла горячая ванна и удобная постель. Последнее, конечно, если очень повезет, но шанс точно был.

Настроение было благодушным, а тело непривычно бодрым. Костер весело потрескивал, выбрасывая периодически маленькие россыпи искр, а темнота медленно окутывала окружающий нас мир. Сегодня была на удивление звездная ночь, а легкий ветерок с легким шелестом пробегал по траве, наполняя мир звуками. Мы недавно выехали из леса и решили переночевать здесь – почти в поле, но и деревья были не дальше пятидесяти метров. С дровами так удобнее, да и вообще…

Тори уже давно спала, вымотанная нашим путешествием, а Агата стояла в двадцати шагах от меня, сняв седло с Цезаря и проходясь по нему скребком.

Конь периодически фыркал, переступая с ноги на ногу, но процессом явно наслаждался. Вот она обняла его морду, прижавшись щекой, что-то тихо говоря, а я залюбовался. Колючая, нелюдимая, резкая - какой она предстала в нашу первую встречу. И ласковая, мягкая, теплая – какая она была сейчас. И как же жаль, что такая она была не со мной…

Глава 8

Лекс

- О чем задумалась? – я подошел к ней, остановившись в трех шагах и протянув руку, чтобы погладить коня по шее.

- А? – откликнулась девушка, отвлекаясь от раздумий. А потом рассеянно перевела взгляд на мою руку, практически уже лежащую на шее Цезаря и воскликнула, дернувшись ко мне, - Нет! Стой!

Но было уже поздно – Цезарь, издав неопределенный звук, больше похожий на рык, резко извернувшись, сомкнул зубы на моей правой конечности.

От боли я сдавленно охнул, успев краем зрения заметить злобно прищуренные глаза жеребца и прижатые к голове уши, как у собаки. Появилось подозрение, что руку мне сейчас просто откусят.

- Цезарь, нельзя! Отпусти! – Агата не растерялась, хлопнув ладонью по конской шее и строго повторив, - отпусти его сейчас же!

Взгляд коня стал чуть виноватым, но только самую малость.