Жрица. Путь предназначения

Вновь сосредоточившись, я взяла первую птичку в ладони и подробно представила путь к тому, кому первое послание предназначалось. Через несколько секунд сойка взлетела вверх, вернувшись в гнездо. Я взяла следующую птичку…

Я услышала шаги, когда третья птичка была уже в моих ладонях. Мгновенно напрягшись, я так же быстро расслабилась, продолжив свои действия. Эту мягкую поступь с аккуратным переносом веса с пятки на носок, с чуть большим упором на правую ногу, я узнала сразу. Он замер, не дойдя до меня пары метров, и я почувствовала его удивленный взгляд, направленный на мои руки, в которых по-прежнему доверчиво сидела сойка.

Но только после того, как птица стрелой сорвалась в темноту, я подняла глаза на мужчину, вернувшись к своему обычному состоянию.

- Не помешаю? – с удивлением поняла, что весь день мне не хватало именно этого. Нашего общения, непринужденного и легкого, без лишних свидетелей и ушей. За такое короткое время я уже успела к этому привыкнуть.

- Нет, я уже закончила, - коротко отрицательно мотнула головой, не спеша вставать. От мысли о том, что надо возвращаться в лагерь и слушать треп Адира, начинала болеть голова.

- Решила пообщаться с природой? Интересно, почему они тебя не боятся? – закономерный вопрос, ожидаемый. Но ответить на него я не могу…

- Отправила весточку, что задержусь, - попыталась отвлечь Лекса, одновременно зябко поежившись. Все-таки холодало быстро, а земля прогреться днем не успела в полной мере.

Через пару мгновений мне на плечи опустилась огромная куртка, теплая и широкая, заставив недоуменно вскинуть брови и повернуться к опустившемуся рядом на траву мужчине.

- Лекс! Я… - договорить мне не дали, бесцеремонно перебив.

- Знаю, знаю. Ты сильная, самостоятельная и тебе все нипочем. И даже не думай, это чисто мой шкурный интерес – если ты простынешь и разболеешься, я лишусь проводника и охранника в одном лице. И не заплачу ни одной, даже самой мелкой, монетки, так что сиди уж…

Я проглотила все возражения и спрятала легкую улыбку в вороте мужской куртки, пахнувшей травой, пылью и самим Лексом.

Я тихонько вдыхала этот коктейль, чувствуя, как кокон из тепла и такой невинной заботы, окутывает меня, согревая до самых дальних уголков души. И голос разума, твердивший, что нельзя сближаться, нельзя доверять никому, звучал все тише, пока не замолк совсем, растворившись в эмоциях.