Ангел, шельма и одноглазый кот

- Ты…, - растерялась я, приходя в недоумение просто от того, что беседую с голубой, застывшей в пространстве, волшебной совой. – Ты хочешь, чтобы я пошла туда?

Я указала пальцем на проем, который мерцал, словно ожидая чего-то и явно поторапливая.

Сова мигнула и склонила голову на другу сторону. Птица ждала моих действий, моего решения, воспользуюсь я её предложением, а это явно было предложение, или нет.

- Ты… ты школа, да? Или дух школы… Ты хочешь мне что-то показать?

Сова моргнула, но ничего не ответила.

Я потрясла руками, пытаясь отогнать страх и думая, как же поступить. Я должна была попасть в комнату и поговорить с Микой. Но игнорировать сову казалось неправильным. Было стойкое ощущение, что она появилась не просто так и наша встреча – не рядовое явление, которое можно было проигнорировать.

- Ладно, только быстро, - наконец, решилась я. – А потом мне нужно попасть в свою комнату.

Я подошла к проему и почувствовала, как от него сквозит, словно там, куда он, вел было распахнуто окно.

Повеяло запахом бодрящего утреннего тумана, с еловым привкусом охладившегося за ночь леса, замешанного на чистоте зарождающегося дня. Вдохнув, я приподняла ногу и шагнула в неизвестность, в то же мгновение сова широко распахнула крылья, взмахнула и взметнулась вверх, растворяясь на фоне круглых витражных окон. Кажется, сова решила, что свою миссию выполнила.

Я сделала следующий шаг и вышагнула на покрытый неровными каменными плитами пол, погрузившись в полумрак чьей-то гостиной.

Она была большой, круглой и уставленной старинной мягкой мебелью. По центру лежал ковер, узкие высокие стрельчатые окна были оборудованы ставнями, а в правом дальнем углу разгонял чернильную темноту ночи зажженный в камине огонь.

Сразу же после камина я заметила несколько силуэтов – один повыше, другой значительно ниже, которые возились у стены рядом. В первый момент мне показалось, что это влюбленная парочка предается объятиям, наслаждаясь минутой уединения друг с другом, но тут один из них низко и чуть хрипловато заговорил, лениво растягивая гласные:

- Ты меня огорчаешь, Илай.

Думал, я не узнаю? Сколько раз я тебе повторял, - послышался звук удара и глухой стон сквозь крепко сцепленные зубы человека, который не хотел демонстрировать степень своей боли, - не пытайся меня обмануть.

Еще один удар и короткий вскрик, оборвавшийся едва начавшись.