Ангел, шельма и одноглазый кот

– Тебе надо отдохнуть.

- Откуда кровь, Мира? – строго спросил Сократ, в то время как я укладывала его в постельку, укутывая в одеяльный кокон. Подоткнув края, как когда-то делала мне моя мама, я присела рядом и постаралась как можно бодрее улыбнуться.

- Меня задело… не знаю, как и чем. Тот человек из… из-за двери… у него было какое-то оружие. Я успела отскочить, но видимо, недостаточно далеко. Времени внимательно осмотреть рану не было, но кажется, порез не очень глубокий. Просто кожу распороло.

- Тебя ранили черной магией, так же, как и меня, - грустно вздохнул Сократ. – Рана сама не затянется, тебе следует тоже выпить лекарство, - он помолчал, а после добавил: - Ты отлично справилась. На самом деле, даже лучше, чем я ожидал.

Я с шутливой благодарной поклонилась и, ощущая ломоту во всём теле, как после затяжной болезни, последний раз поправила одеяло, а затем отправилась за порцией снадобья и для себя. Небо за окном к этому моменту уже начало светлеть, предвещая скорое наступление нового дня.

Встав у окна и наблюдая за с каждой минутой светлеющей полянкой перед домом, я медленно глотала травяной отвар собственного приготовления. На вкус питье было отвратительным. Похожее на крепкий чай, в который зачем-то влили эфирные масла, явно непредназначенные для употребления внутрь. С трудом сделав последний глоток, я передернула плечами, отставила деревянную кружку и поковыляла в постель. Там уж во всю дрых Сократ, выпутавшись из одеяла, растянувшись на спине во всю длину и задрав лапки к потолку.

Рухнув на пол от неожиданности и второй раз за сутки отбив себе все ниже плеч, я, продирая глаза после сна, ошарашенно пронаблюдала за тем, как от сильного удара содрогнулась створка, как не выдержали и сорвались петли, как упал на пол кусок цельного дерева и как на пороге возникли трое мужчин в черных одеяниях, напоминающих военную форму устаревшего образца.

Лет так двести, как устаревшего…

С неприветливыми лицами, они один за другим вошли в домик и начали внимательно осматриваться, скользя цепкими взглядами по окружающим их предметам. Пока не увидели меня. А как увидели, так все трое встроились в ряд и уставились на меня так, словно узрели нечто диковинное и чрезвычайно редкое.