Розы на стене

                – А с чего, по-твоему, она меня вдруг потащила по магазинам? Из доброты душевной? Ульрика ничего не делает просто так. Значит, ей что-то от меня надо, и это что-то – ты.

                – Я не что-то, – возмутился Кристиан, – я – кто-то.

                – Ульрике это без разницы. Главное – ты дал ей повод.

                Посчитав, что я направила его мысли в нужную сторону, я развернулась не прощаясь.

Но Кристиан уйти не дал.

                – Фридерика, я тебя не просто так искал. Мне нужно срочно уезжать, причем надолго – месяца на полтора. Думал, позже удастся, но не получилось, – мрачно сообщил он. – Сама понимаешь, оставлять тебя в компании… вьючных мулов никак не хочется.

                На вьючного мула Кремер не походил, Ульрика с абы кем не связалась бы.

Высокий, стройный, красивый, но было в нем нечто, делающее его компанию для меня не слишком приятной, так что из-за него Кристиан мог не волноваться.

                – Кремер мне не нравится, – усмехнулась я. 

                – А Штрауб – мне, – радостно сообщил Кристиан. – Может, поцелуемся в честь столь знаменательного совпадения? И мне спокойнее будет уезжать.

                Разговор свернул в привычном направлении, уже без опасных подводных рифов в лице Штрауб и Кремера, так что я почти успокоилась. То, что Кристиан не предлагал срочно идти в Храм, обнадеживало, но целоваться с ним я все равно отказалась. Правда, на прощание чмокнула в обделенную ранее щеку, и Кристиан уехал почти счастливым.

                О том, что я сама уезжаю в Траттен через неделю, я ему предусмотрительно не сказала.

И не потому, что боялась, что он расстроится и никуда не поедет, а потому что в глубине души теплилась надежда, что что-то случится и не придется ни ехать в Траттен, ни играть роль леди Штрауб.

Глава 7

                Гюнтер

                – Капитан, представляйте, что сидите в засаде, – утешающе предложил Циммерман.