Кавалерист для принца

    - Как он? - Отпустив безжизненное тело, спросил Лион. Стараясь подняться на ближайший валун. Река в этом месте оказалась не глубока, но камни омываемые изо дня в день водой, стали скользкими и покатыми, что ещё больше дополняло трудностей и без того ослабленному кровопотерей молодому человеку. Однако Лион не сдавался.

    - Жив.

    Это известие лечебным бальзамом пролилось на истерзанную душу юноши, он и сам не подозревал, насколько он боялся услышать отрицательный ответ.

Мелкий жив. ЖИВА. Ощутив второе дыхание Лион практически вскочил на тот злосчастный камень, что так не давался ему несколько минут. Им надо спешить. Лион отчетливо понимал, что теперь как они первоначально хотели отсидеться и спокойно пройти не получится. Дану нужна срочная помощь, да и он чувствовал себя не так уверенно, как несколько минут назад, адреналин зарядивший организм дополнительной энергией иссяк, растраченный на борьбу с туземцем, но отдыхать ещё рано.

    - Идем сразу к месту встречи.

Тянуть будет фатально для нас. - Сообщил он свои мысли Даэну, на что тот только покачал головой.

    - Убьете любого, встречного на пути? - не смог он удержаться от вопроса, получив холодный взгляд серых глаз.

    - Да.

    Даэн не сводил с принца внимательного взгляда, но не увидел ни капли сомнения или жалости. Сейчас перед ним был не великосветский вельможа, а настоящий воин, который непоколеблясь убьёт любого, кто будет угрожать его родным.

    - Идемте.

    Теперь они шли более осторожно, чем тогда, когда искали Дана, что  не единожды помогало им избежать нежелательной встречи с туземцами, вовремя скрываясь в пушистых кустах и боярышника, с начавшимися завязываться плодами.

    Вскоре они вышли к мосту, где их ожидали остальные. Бросившиеся на встречу лишь только заметив Даэна с Даном на руках и уже порядочно шатающегося принца.

    - Лион!!! - прорычал Габриель и подскочил к юноше как раз вовремя, чтоб поймать рухнувшего без чувств принца.

Все слова, что вертелись на языке у командира, вылетели у него из головы, лишь юноша оказался в его руках.

    Голова болела неимоверно, хотелось завыть в голос, но голос тоже ей не подчинялся. Что с ней произошло. Неужели она умерла. Однако, Дана сомневалась, что успела так прогневать Богиню, чтоб и после смерти страдать от боли.