Дыхание ветра

Вампира убить почти невозможно, он очень быстр и силён, человеческое оружие не наносит вампиру особого вреда, осиновый кол может ненадолго обездвижить, только и всего, святая вода всего лишь обжигает, Кожа вампира тверда, как камень. Он практически неуязвим.

Поэтому на помощь пришли волки. Была выбрана тысяча молодых мужчин и тысяча волков. Могущественный ведун провёл сложный обряд создания непобедимых воинов, объединяющий две сущности, зверя и человека. Дух волка переходил в тело человека, генетически изменяя сам организм, каждую его клетку.

При необходимости использования более сильного и неуязвимого тела, в момент опасности или в момент сильного стресса, дух волка трансформировал человеческий организм в совершенно другой, более быстрый и выносливый. Эта способность обращения человеческого организма в волчий дала нам усиленную регенерацию и опасное для вампиров оружие — смертоносные клыки.

Только волк может убить упыря, разорвать его на части своими клыками. Это называется даром перерождения.

Дар был дан не всем людям, а только тем, кто по духу был воином, самым смелым представителем человеческой расы.

Теперь он передаётся по наследству только от отца к сыну, но не ко всем. Дух сам выбирает того, к кому он перейдёт. Иногда дух ошибается, бывает и так, что юноша оказывается слабым и погибает во время перерождения. Это означает — он не был воином, и не смог вынести дара. Но если юноша проходит перерождение и выживает — он силён духом, настоящий воин, и должен посвятить свою жизнь только защите человечества от уничтожения.

Теперь ты воин. Посвящённый. Твоё предназначение — уничтожение чудовищ.

— Ты складно изъясняешься, отец, — горько произнес я. — Как будто сам во всё это веришь.

Отец изумлённо округлил глаза, а я продолжал:

— Прости, мне тяжело это говорить..., но ты болен. Нет никаких монстров! Нет вампиров! И в оборотня никто не превращался. Ничего не было. Мы оба безумны!

— Так вот почему ты спрашивал, здоров ли я, — безмятежно проговорил отец.

— Значит, не веришь!

Я только покачал головой.

— А как же сила, выносливость? Или ты хочешь сказать, что не видел чёрную шерсть, лапы, следы, которые они оставляют?

— Самовнушение...

— Дай мне руку! Закатай рукав! — спокойно попросил он, и я, не ожидая подвоха, закатал рукав до локтя и протянул над столом свою руку. Отец сильно сжал запястье пальцами левой руки, зафиксировав руку на столе.