Из рода волхвов

— Я вам на кой чёрт?!

— Потому что вёльвы не ошибаются в своих предсказаниях, — улыбнулся конунг и погладил волка, усевшегося возле его ноги. — Арнлауг сказала, что я смогу завоевать Стахайский континент лишь тогда, когда возьму в жёны женщину, чья кровь способна обратить в хаос весь мир. И она видела в своих видениях именно тебя. Верно же?

Арнлауг медленно кивнула, подтверждая его слова и, окинув их задумчивым взором, холодно произнесла:

— Я покину тебя на время. Думаю, вам о многом стоит поговорить наедине.

Да не о чем им говорить, с яростью думала Веселина, которая готова была рвать и метать. Мало того, что её треснули прямо по голове самым непристойным способом, напав со спины, так теперь ещё и хотели выдать замуж за какого-то чужака из-за моря. И ради чего? Ради того, чтобы она помогла ему завоевать оставшиеся княжества?!

— Я же сказала, что не собираюсь…

Йоран даже слушать её не стал — крикнул что-то на своём языке, и спустя мгновение из соседней комнаты выбежали несколько девушек. Судя по одежде, они были неместными, но, в отличие от тех воительниц, которых она видела снаружи, занимались работой прислуги.

Чужестранки безмолвно подхватили её за обе руки и потащили прочь от конунга. Веселина всеми силами старалась вырваться, полностью позабыв про страх. Ругательства и прочая грязь вылетали из её рта так резво, как никогда в жизни:

— Ты совсем, что ли, из ума выжил, упырь проклятый? А ну пустите меня, пустите! Не хочу я твоей женой быть! Да отпусти ты меня!

Йоран же лишь хохотал в ответ на её ругательства, в то время как девушки-служанки таращили на неё светлые глаза.

Видимо, на их памяти с вождём так никто разговаривать не рисковал…

Веселину раздели буквально силой и чудом усадили в здоровенную бочку, наполненную тёплой водой. Видимо, про существование бани варвары с севера слыхом не слыхивали. Лина разъярённо скрипела зубами, устав отмахиваться от чужих рук, которые старательно смывали с неё походную грязь. Она могла бы сейчас смести их всех с ног одним махом, перевернуть всю избу вверх ногами, но количество воинов за дверью внушало ей трепет.

Да и та женщина по имени Арнлауг вызывала опасения. Её колдовство чужое, странное и пугающее — его нельзя недооценивать.

В итоге вылезти ей позволили лишь тогда, когда кожа засверкала, словно начищенная монетка. Рану на затылке аккуратно промыли и смазали какой-то мазью. А после началось самое дурное — её принялись наряжать. Это было похоже на пытку, иначе не назвать.