Декан в моей голове

Не думаю, что кому-то это понадобится на уроке.

- Это да, - задумчиво протянула я.

- А вообще, Этелька, одобряю, - шутливо хлопнул он меня по спине.

- В смысле? Тебе же он не нравится!

- Почему? Как преподаватель, конечно, жесткий, принципиальный, но я слышал, что как человек он неплохой, да еще и так смотрел на тебя… Только вот когда же вы успели? Он только пару недель, как пришел в себя!

А вот об этом я рассказывать не собиралась и просто загадочно улыбнулась. Рик поприставал, да отстал. И пожертвовал мне пару листов из своей тетради, чтобы я начала готовить доклад.

На следующий день на артефакторику я шла подготовленная: в сумке лежали письменные работы, а в кармане – кулон с иллюзией, который я забыла вернуть, и кулек новогодних леденцов. Второй, который я покупала Гайеру.

Занятие в этот раз прошло продуктивнее вчерашнего: я хотя бы осознала, что мастерим мы артефакт для улучшения слуха. Но сделать его не смогла – все время отвлекалась и залипала глазами на преподавателе. Рику приходилось толкать меня под локоть.

Злилась на себя, что не могла сосредоточиться. И на него за эти провокационные взгляды. Наконец занятие окончилось, и я вздохнула с облегчением. Студенты потянулись на выход, а я специально медленно укладывала вещи в сумку, заодно достала стопку исписанных листов.

Оглянулась – последним уходил Рик, перед этим двусмысленно мне подмигнувший.

- Профессор Гайер…

- Да, мисс Джойс? – откликнулся он сразу, когда я подошла к преподавательскому столу. Голос невозмутимый, а взгляд такой лукавый.

Положила перед ним работы.

- Вот. Я узнала, что задавали, пока я… отсутствовала. И все выполнила.

- Очень похвально, - улыбнулся он, не отводя глаз от меня.

Я смутилась и все же достала кулек леденцов.

Он помнил, это я поняла сразу. И очень обрадовался.

- Спасибо, - улыбнулся солнечно, по-мальчишески, так, что у меня сердце замерло и забилось быстро-быстро.

Причины оставаться вроде бы не было, но уйти… А он только усугублял ситуацию своим жадным взглядом, скользил глазами по моему лицу, губам, ниже… Казалось, он тоже борется с собой: то ли выгнать меня, то ли притянуть к себе.

Скрипнул стул, и мужчина поднялся. Видимо, он выбрал второй вариант.

Щеки опалило жаром, в ушах набатом бился звук его шагов. Один, второй, все ближе и ближе ко мне.