Био'Катастрофа

Для начала мне необходимо действительно обрести полную уверенность, потому, что если мы вдруг, не приведи Хаш, с ним не сойдемся во взглядах на жизнь и действительно разбежимся, то боюсь, ректор окажется прав — мне будет слишком тяжело и тогда мало кто из окружающих выживет. Любовь ли это? Пока не знаю. Скорее привязанность к сильнейшему, умнейшему, мудрейшему... И прочая, и прочая.

Мы каждое утро уходили в лес и теперь общались не только на учебные темы. Теперь он рассказывал и о себе, и о тех традициях фрасхов, которые в первую очередь оказывали влияние на отношения между мужчинами и женщинами — как это принято на Краше, и как он это видел для себя.

Порой они разнились и немало. Допустим, то же многоженство. На четвертый день медитаций и общения обо всём, когда мы добрались и до этого вопроса, фрасх решительно заявил, что если я стану его женой, то буду единственной.

Лестно. Я даже смутилась. И тут же перевела тему на Нешесса — у него ведь тоже одна супруга. Почему так? Почему он не найдёт вторую?

— Видишь ли.

.. опять же традиции. В первую очередь сильный воин обязан выбрать себе в супруги сильную жену, чтобы она родила ему сильных детей, способных выжить в хищных условиях планеты. О любви тут речи не идет — чистый расчет. Так что можно сказать, что женщина в данном конкретном случае просто является матерью его детей, а не «любимой», поэтому многие и не останавливаются на этом. Но поверь, мы не настолько отмороженные, чтобы совсем не обращать внимания на чувства — когда ты всем своим существом понимаешь, что она твоя единственная, то других уже не надо. Ни одной.

— Ясно, — не торопясь задавать иных вопросов, задумалась. Как же им, наверное, тяжело. Традиции велят одно, а хочется порой совсем иного. Спустя некоторое время снова продолжила расспросы. — А у тебя есть дом на Краше?

— Есть.

— Большой?

— Нет. Если ты имеешь в виду олзон, то нет, у меня его нет — не было необходимости. У меня самый обычный дом в одном из поселков, что-то вроде местного коттеджа, — вздернув бровь, мужчина улыбнулся краешком губ.

— К чему вопрос? Хочешь собственный олзон?

— Нет, я вообще не хочу больше никогда возвращаться на Краш. Видишь ли в чём дело...

Старательно подбирая слова, начала ему рассказывать о маме и о том, каковы их правила — я буду обязана обзавестись своей охотничьей территорией, причем немалых размеров, а на тот момент, когда я покидала планету, свободных участков почти не было.

— Я хочу найти свою планету, которую я смогу назвать своим домом.