Огонек для Ледяного Мага

Давний друг твой, учитель, коий был заперт в межмирье, он жаждет мести и по пятам за тобой идет. Пока еще выбраться сюда он не может, но осталось недолго ждать, вот тогда тебе придется быть начеку. — Провидица смотрела на Вирса внимательно, зная, о чем тот думает. Она знает многое о многих, но ведь у судьбы бывает не один путь.

Выслушав, Вирс, кажется, даже побледнел, хотя с его-то оттенком кожи это было весьма трудно... Тот, кого он в своё время убить не смог, шёл за ним по пятам. Значит, всё-таки ОН... Но, взяв себя в руки, чернокнижник быстро вернулся в прежнее состояние и продолжил трапезу, будто между словом отметив:

— Я так и знал.

— Всё-таки хладнокровия не занимать. Тем более, что пыль поднимать раньше времени? Может, он там навсегда застрянет, ведьма же говорила, что есть не один путь. Но пытаться прямо там, в межмирье, задушить Баалзамона не стоит, нет. Вирс не покажет, что испуган... Он встретит его.

Провидица усмехнулась и сделала вид, что не заметила реакции чернокнижника. Кэсс удивленно смотрела то на ведьму, то на Вирса.

Казалось, что ничего особого он не узнал, вот только побелел еще сильнее, чем обычно. — «Надо будет все же расспросить его о прошлом, может, расскажет, тем более сам недавно заикался».

Закончив с едой, девушка откинулась на спинку стула, погладила сытый живот и довольно зевнула.

— Ох, я смотрю кое-кто у нас тут уже засыпает. — Смеясь заметила старуха. — Так, Вирс, сам как закончишь, поможешь ей на полати залезть, там вам на двоих постелено.

— Сама же ведьма куда-то засобиралась. — Я за травами в ночь пойду, а вы тут отдыхайте, берите, что надо, но уйти куда далече не вздумайте. — С этими словами она вышла из дому.

Вирс отодвинул от себя пустой горшочек. — «Куда уж денемся... Судьба-то одна на двоих». — Теперь и для Вирса эти слова приняли какое-то особое значение. Точнее, новое даже, а не особое. В сон совсем не клонило, хотя, по опыту, маг знал, что стоит ему оказаться под влиянием стихии Кассандры, тут же уснёт. Без кошмаров.

Странно, огненная стихия, казалось бы, призвана будоражить и разрушать, но не усыплять же... За эту неделю чернокнижник открыл для себя много нового во всех аспектах жизни.

Кэсс проводила ведьму взглядом и теперь лениво-осоловело смотрела на мага.

— Да, что-то меня совсем разморило. — Она поднялась, стараясь не совершать резких движений, подошла к Вирсу, встала позади, наклонилась и шепотом произнесла, — кто последний залезет в постель, тот тухлый помидор.