На все ответ - один адепт

После того, что он услышал, сомневаться, что божественный покровитель не вступится за его грешную душу, не приходилось.

— Молчишь? Не желаешь объясниться? — Маленверу казалось, что он чувствует чужое дыхание на своей коже, вот только он лучше иных знал: Ани-Арли не дышит, как нормальные люди, не нуждается во сне или отдыхе, и… не прощает.

— В играх богов я всегда буду на стороне людей, — хрипло выдохнул магистр, считая про себя секунды. Что ж, он был готов расстаться с жизнью уже давно, окончательно смирился с неизбежным, выполняя все, что обещал Темнейшей, но стирая глупой и заносчивой адептке память о столкновении с богиней, чтобы собственное вбитое в сознание Ларзан условие не могло сработать.

И теперь стоял, вглядываясь во тьму, без единого проблеска света, и ждал. Умирать прежде ему не доводилось, а рассмотреть, что его ждет по ту сторону границы, в сознании Мортена не удалось.

— Ваше Темнейшество. — Между ним и, казалось, осязаемой тьмой оказался герцог. — Я прошу снисхождения для этого человека.

— Разве у тебя осталось такое право? — Насмешливый голос звучал отовсюду, но Маленвер удержался от желания обернуться, оставаясь на месте и глядя поверх плеча неожиданного заступника. Надежда? Почувствовал ли он дуновение этого сводящего с ума ветерка? Отнюдь нет. Едва ли люди могут повлиять на решение жестоких детей, не обремененных привязанностями.

— Нет.

— Так отойди. Твоя жизнь — подарок Маргарите, а я не люблю забирать собственные дары.

— Тогда дайте и ему шанс…

— Возвращайся домой.

— Тьма сгустилась напротив, собираясь в едва различимый в лунном свете силуэт девушки. — Тебя позвали, чтобы ты успокоил трясущегося мальчишку за стеной. Не для советов.

— Мне жаль. — Тихий голос герцога достиг ушей менталиста, когда он сам был уже на пороге.

— А тебе жаль? — усмехнулась Ани, вернувшая себе прежний облик. Она не стала зажигать свет, как и Маленвер просить об этой маленькой услуге.

— Нет. Я поступил так, как считал правильным.

Девушка глупа и заносчива — это бесспорно, но каждый заслуживает шанса искупить свои грехи. Не перед вами — перед людьми, которым она причинила боль своими ошибками.

— Ты так уверен в этом… — протянула Ани и подняла ладонь, возвращая к жизни один-единственный осветительный амулет.

— Я верю в это, — подтвердил Маленвер. — Чтобы получить допуск к экзаменам, четыре дня в неделю Ларзан работает в больнице для бедных, один — в доме умалишенных.