На все ответ - один адепт

Был еще вариант с темным даром, демонстрирующим себя таким образом, но сродства к тьме Кириан в новоприбывшем не чувствовал, а вот к свету — еще как. И зачем целителя привели к потерявшему дар магу? Выяснить, сколько ему осталось жить?

Тонкие губы гостя скривились в предупреждающей ухмылке, словно он знал, о чем думает страж. Или не словно? Насмешка в глазах незнакомца, легкий наклон головы, вкупе с тем, что привели незнакомца Октавир и Маленвер… Он определенно был опасен.

— Идите, — вмешался в молчаливое противостояние бывший жрец, кладя руку на плечо Кириану и заглядывая тому в глаза.

— Идите, здесь ваша миссия закончена.

— Я сам…

— Не спорьте, молодой человек. — В голосе магистра Октавира лязгнула сталь, а в глазах появилось предупреждение. Нехорошое такое, из тех, что ставили не перед погостом, а в самом его центре, давая понять, что без неприятностей покинуть его не суждено никому.

— Академия справится без вашего вмешательства, — обреченно вклинился в разговор Маленвер. И Кириану следовало бы обрадоваться: с него сняли всякую ответственность за последствия «пробуждения» потерявшего дар темного мага, но…

— Я желаю присутствовать при разговоре Мортена Эншальта с неизвестным.

— Кириан поджал губы и прямо посмотрел на молодого мага. Тот насмешливо усмехнулся, но влезать в разговор не стал, отдавая право разбираться с неразумным человеком… людям.

— Это не тот случай. — Покачал головой менталист. — При всем желании…

— Идем. — Аркант неожиданно занял сторону светлых. На лице его играли желваки, словно он принял неприятное для себя решение.

— Сможете и описать, и конфисковать часть артефактов.

— Идите. — Маленвер благодарно кивнул коллеге. — Я постою в коридоре, так что никто посторонний не войдет.

Темный маг кивнул, принимая заверения коллеги, и молча направился к лестнице. Стражу не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним: следовало забрать артефакты до того, как маг уровня магистра вновь получит к ним доступ. Сомневаться в том, что у него хватит умений испортить амулеты так, что уже никто не снимет с них полноценный отпечаток дара, не приходилось.

А потому Кириан торопливо шел следом за бывшим преподавателем и, глядя ему в спину, размышлял: как скоро тайна Ее Темнейшества выплывет на поверхность.

— Тэн…

Голос Трины все еще дрожал, как и руки, которыми она обнимала его, прижимаясь к груди и слушая биение сердца. Она была рядом, теплая, живая, искренне радующаяся его возвращению, но… чужая.