Вы всё жжёте! Том 3

— Но вообще, это безобразие, что представительница семейства Лиденингов не может попасть в собственный дворец.

— В королевский, — напомнил Шарль.

— Разумеется, в королевский, — гордо ответил Франциск. — Лиденинги — королевский род. Мы, мажонок, не абы кто. Ты вообще должен гордиться, что стоишь рядом с нами.

Возможно, он бы ещё долго говорил о величии Лиденингов, из которых сейчас остались я да дедушка, но тут наконец объявили о короле Филиппе Третьем и в зале появился он сам. Шёл важно, ни на кого не глядя, а все кланялись, кланялись, кланялись.

Я тоже присела в реверансе, хотя Франциск сразу зашипел, что Лиденинги ни перед кем не склоняют голову.

— А на портрете он посимпатичнее, — неожиданно сказала Люсиль, когда король наконец прошёл к приготовленному ему креслу, замещавшему трон, и уселся. — Понятно, почему Соланж предпочла ему Антуана.

— Дура потому что, — довольно резко ответил Шарль. — Антуана может предпочесть только круглая дура.

— На портретах все мы посимпатичнее, — грустно заметил Франциск, — а потом потомки не могут опознать предков.

Разве это дело?

— Ты не подумай, мне Антуан не нравится, — вспыхнула Люсиль, решившая, что её слова восприняли как предательство по отношению к Пьеру-Луи. — Я чисто внешне оцениваю, понимаешь?

— Не понимаю, — Шарль постарался смягчить резкость улыбкой. — Я в мужской внешности не разбираюсь.

— А из женской тебе только внешность Николь нравится? — фыркнула Люсиль, уже напрочь забыв про короля и оглядываясь по сторонам, явно в поисках Пьера-Луи.

— Разумеется, — с готовностью подтвердил Шарль.

— Смотрю, инора Бариля не видно, — заметила подруга.

С намёком заметила. Очень явным для всех. Но Шарль сделал вид, что не понял.

— Тех, кто обеспечивает безопасность, всегда не видно.

— Но Пьер-Луи говорил, что постарается.

— Может, и постарается.

— Этот балбес до сих пор не признался? — удивился Франциск. — Да любой инор становится на порядок привлекательнее, если он король.

Наконец объявили первый танец, который традиционно начинал король. Почему-то я думала, что он пригласит Люсиль, но нет: он выбрал незнакомую молоденькую девицу, которая столь восторженно на него таращилась, что я была вынуждена не согласиться с Франциском: привлекательность инора, оказавшегося королём, повышается не на порядок, а на два. Королевское сияние затмевает все минусы.