Варварин свет

Она даже немного поднялась на мысках, всё ещё увлечённая мыслями о снах, но потом тут же опустилась на пятки.

— Хватит в пол смотреть, Варвара, — строго произнёс мужчина.

Варвара встала по струночке и медленно подняла глаза. Чёрные брюки в неровных швах обтягивали худые ноги. Под облегающей чёрной рубахой, зашитой-перешитой, угадывались кожаные ремни, стягивающие рёбра, а грудь у сердца крест накрест пересекала плоская цепь из нечернеющего болотного серебра, видного через расходящиеся швы. Тут Варвара вспомнила — выдох, вдох.

— Готова?

Готова ли? Ещё немножко выше. Тонкие губы, не знающие улыбки. Выше. Варвара часто смотрелась в зеркало и думала — ну не красавица она из сказок. Не светловолосая, не рыжая. Нос с горбинкой! Вот уж кто и правда на кощееву сестру похож! А глаза, если бы такие чернющие Кощею — на него бы вообще никто не смел лишний раз взглянуть! У него-то...

Вдох.

Выше...

...серые.

— Готова, — выдохнула Варвара. Хватит бояться.

Кощей сделал круговой жест рукой, и кухонная утварь, все тарелки и ложки, вилки и ножи, поднялись в воздух, отделились от остатков пищи и опустились в ряд у печки.

А недоеденная еда зависла в воздухе, а потом вдруг с хлопком осела пылью на полу. Ну, не так уж и «вдруг», не для Варвары. Она следила за руками чародея, пытаясь узнать движения, о которых читала, и вспоминая заклинания. Однако весь её душевный подъём так же обратился в пыль, когда Кощей сгрёб с лавки свитки, кинул их перед собой на стол и выбрал из кучи первый.

— Как отварить козий дольник, чтобы бессонницы не было?

— В молоке, — выудила из памяти Варвара, — не доводя до закипания.

.. С укропом, нет, с петрушкой!

— С тмином, — исправил Кощей. — Как готовят горечавку?

Вопросы сыпались один за другим, вперемешку — и простые, и сложные. Кощей широкими шагами мерил пространство комнаты от окошка к окошку. Сколько капель черемыжника добавляют в зелье сокрытия? Когда собирать жар-цвет? За какой частью одолень-травы придёт пастух? Чем лихорадку лечить? У Варвары подгибались ноги, и с каждым неверным ответом её голос становился всё тише, а глаза опускались всё ниже.

— Черношейка-поганка — что это?

— Гриб, — прошептала первое, что пришло в голову, Варвара. Надо было вчера ночью свитки перечитывать, а не карту звёздного неба разглядывать! Эх, что уж теперь о прошлом жалеть...

Кощей бросил свиток на пол.

— Птица.

— Да! — вспомнила Варвара. — Её перья нужны, чтобы...

— Садись.

Варвара опустилась на край стула и украдкой смахнула слёзы.