Белый шиповник и черные ягуары

* (*Молусизский государственный артефакторно-алхимический концерн, крупнейшее магинженерное предприятие на Аллиране, континенте, на котором расположены Аллиумия, Молусизия и Бартастания, имеющее многочисленные отделения во всех этих странах) Мне присылали план и магографии, там пять комнат, так что у тебя тоже будет своя комната, и ты сможешь спокойно жить с нами и на каникулах, и по выходным, если захочешь. Мне пытались всучить четырехкомнатную, но я бился как лев и выгрыз из них пятикомнатную, чтобы у каждого был свой собственный уголок.

— Ты наш герой! — рассмеялась мама, а Инса и Бел к ней присоединились.

На этой оптимистической ноте разговор и завершился.

Оставшись одна, Инса загрустила — ни в какую Циннаверру ей переезжать не хотелось. Ей нравилось в Стадстрене, нравилась его спокойная атмосфера, нравились люди, жившие в этом городе неспешной размеренной жизнью. Хотя за два прошедших года она так и не завела здесь близких подруг, приятельниц у нее появилось множество, так что всегда было с кем пойти в кафе или в синематограф, или просто погулять.

Здесь была Арлинтена Ранстинссен — психолог, к которой они с Икеном ходили после того случая, и которой Инса доверяла в некоторых вопросах даже больше, чем маме.

И еще здесь был Урт. Единственный, по мнению Инсы, нормальный стихмаг, а точнее — будущий рунстих* (*стихийный маг-рунист) на свете. И не просто нормальный, а самый-самый лучший.

Они познакомились чуть меньше года назад, оказавшись в одной компании на вечеринке.

Сначала самоуверенный стихийник Инсе не понравился. Но он был настойчив, почти каждый день встречал её после занятий, приглашал на свидания, дарил цветы и милые безделушки. Сперва Инса удивлялась — и как это у него получается появляться возле её института к концу занятий, ведь Стадстренский стихийно-магический, так же, как и все учебные заведения подобной направленности, расположен довольно далеко от города, а потом поняла, в чем дело — у стихийников просто занятия начинались на час раньше, а у Урта был собственный автомобиль, вот он и успевал.

Урт ухаживал красиво и по всем правилам, а Инсе так хотелось чего-то такого, романтического, да и просто кого-то близкого рядом. Приятельницы — всё же не подруги, мама уже была беременна Сертом и ей было не до почти уже взрослой дочери, а у Икена начинался переходный возраст, и он временами был настолько невыносимым, что от него хотелось сбежать куда подальше.