Крылья для Анны

И пока ошеломленный и злой Кайл пытался выдумать ответ поядовитее, она покинула поле боя.

В спальню возвращаться не хотелось, там бабушка храпела. Поэтому Анна вышла в сад, закутавшись в свое одеяло. Это было одно из первых ее творений, оно вышло слишком толстым, швы кривые, лоскуты не сильно-то гармонировали по цвету, и она оставила когда-то его себе. Следующее продала, и очень быстро. А это любила — вот такое неидеальное, но родное. К тому же теперь оно символизировало кусочек прошлой жизни.

Конечно, в саду она заблудилась практически сразу же.

Было очень темно, кусты цеплялись за одежду, дорожки путались. Оглушительно трещали цикады. Пахло, кажется, жасмином. Посвистывала какая-то птица. Странная, разве птицы по ночам не должны спать? Женщина огляделась. Замок возвышался за ее спиной серой туманной глыбой. В нескольких окнах горел свет — не все обитатели сладко спали в своих кроватях. Анна опустилась на деревянную лавку, зевнуло тихо, как кошка, прикрыла глаза. До чего ж спокойно!

***

— Эй, Аннет, с тобой все в порядке? — ее тормошил один из близнецов.

Женщина открыла глаза и едва слышно застонала. Спину и плечи ломило. Спать на жесткой деревянной лавке в полные сорок пять было отвратительной идеей. Она уже не так молода, как раньше.

— Живая, — лаконично ответила Анна, хлопая глазами и приглаживая пальцами растрепавшиеся волосы.

— Отлично. Ты мне нужна.

— Зачем?

— Отец велел составить список Мэррилов. Семейное положение, образование, увлечения, ну знаешь… Чтобы понимать, кто есть кто.

Мы запутались.

— Спроси у Джо.

— Он сказал, что ты знаешь все обо всех.

— Что, будем рисовать генеалогическое древо? — поморщилась Анна. Она, конечно, все помнила, но вот кто кем кому приходится — это сложно. Двоюродные, троюродные… Тетки, дедушки, кузины… Все давно перепутались.

— Нет, не будем углубляться. Достаточно самых близких связей: муж-жена, братья-сестры, родители-дети.

— Это я могу.

Она с некоторым трудом поднялась, сделала несколько круговых движений головой, словно проверяя, работает ли шея, а потом спросила:

— Адам, нам тут не рады?

— Странный вопрос.

Рады. И не рады. Одновременно. Но это неважно. Вы такие же Мэррилы, как и мы.

— Не такие, — возразила Анна. — Кайл сказал, что мы бескрылые. Что это значит? Мы ущербные? Чего-то не умеем? Не так воспитаны? Я не понимаю.

— Мэррилы — это птицы, — просто и непонятно ответил юноша.

— В переносном смысле? Это символ, да? Ну, у нас в замке есть барельефы с совами.