Милость богов?

Такой страстный товарищ, или за дверью толпа помощниц ожидает?

Девушка беззвучно плачет, терпя натуральное насилие, но стоически молчит. Мужчина, кривя морду и стараясь даже не смотреть на несчастную жертву, методично вколачивается в худенькое тельце. Мерзость.

В этот момент очень захотелось огреть его по затылку чем-нибудь потяжелее, вот, например, массивным стулом, да и распять на позорном столбе, оставляя на посмешище публике и на съедение птицами орудие пыток. Подонок!

А пока я пыхтела и придумала казни пострашнее, да позаковыристее, дракон начал порыкивать, явно приближаясь к кульминационному моменту.

Свечение усиливалось, дыхание дракона учащалось, рыдания Оливии тоже становились громче. Раздался звериный рык, и свет сжался до яркого крошечного шарика, а вместе с протяжным выдохом шар влетел в мужскую грудь.

Вот, значит, как происходит передача магии. А где обещанный обмен? Где долголетие и здоровье? Или для донора спецэффектов не положено, и весь лимит на чудеса вычерпал дракон?

Чешуйчатая морда, молча, даже не поблагодарив девушку за самопожертвование, встал, брезгливо отёрся её же балахоном, подхватил свои манатки и, сверкая голой жопой, направился в закат, ну то есть за дверь.

И вот тут я смогла разглядеть тонкие ниточки, что тянулись из торса дракона к девичьим запястьям. Вот оно что, дракону — куча концентрированной магии, а истинной паре — слабо светящаяся ниточки жизненной силы. Равноценный обмен, ничего не скажешь.

Девушка сжалась на кровати и тихо скулила, пока её мучитель и насильник, не поворачиваясь, покидал комнату. Смотреть вслед хладнокровной твари я тоже не стала, сосредоточившись на девушке. Как жаль, что я не могла хоть как-то её утешить, поделиться теплом, капелькой человеческого участия. Да даже пообещать отомстить за неё и то не могла. Поэтому мне оставалось смотреть на тонкие черты девушки и запоминать каждую слезинку, что вытекла из тёмных глаз.

Очертания кухни плавно проступали сквозь зарёванное лицо Оливки, и постепенно лицо девушки сменилось на укрытое тенью от капюшона, лицо Миры.

— Душка, просто, а не любовник, — просипела я, сглатывая тяжёлый ком, вставший в горле.

— Я видела и хуже, — грустно сказала Элина, а Мира в этот момент вытерла катившиеся по моей щеке слёзы. Даже не заметила, как начала оплакивать несчастную девушку.

— Успокойся, и продолжим просмотр, следующая часть не понравится тебе ещё больше.