Воротиться нельзя влюбиться!

Перелила зелье в бутылёк с широким горлышком и передала грозному заказчику.

— Слушайте внимательно, это очень важно! — сурово сдвинула брови я и одну руку упёрла в бок. — Принимать по глоточку один раз в день, утром натощак, — разум услужливо подсказал нужное слово, и я продолжила: — Седмицу целую. Только пуще всего важно молчать! Молчать, ни слова не говорить. Понятно?

— Что, вообще ни слова? — раздосадованно переспросил визитёр.

— Ни звука. Надо дать отдохнуть голосовым связкам. И вообще — соблюдать постельный режим.

Это тоже важно. Седмицу лежать, молчать, из дома не выходить. Понятно?

Я надеялась, что амбал не станет спрашивать, какая связь между свистом и голосовыми связками, и он, молодец такой, не разочаровал.

— Да, — кивнул разбойник, низко опустив кучерявую чёрную голову.

— На осьмой день свист и вернётся. Но только если соблюдать будете врачебные рекомендации. В противном случае никаких гарантий!

Сделав максимально строгое лицо, я всем своим видом продемонстрировала заказчику отсутствие гарантий.

Он внял. Забрал бутылёк, благодарно кивнул и поднялся. Уже у выхода обернулся и проговорил:

— Ты когда объявилась в новом облике-то… Я ж сразу поверил-то, что ворожба твоя при тебе осталася. Нехай кикиморы по болотам и дальше ноют, что волшбы больше нет. Всем скажу, что Яга колдует, как раньше!

— А вот этого не надо, уважаемый, — поспешила его остановить я. — У меня и так работы полно. Краесроки горят и всё такое.

— Твоя правда! Уж заказов-то ты набрала видимо-невидимо.

Я уж грешным делом подумал, что сподличать решила, обмануть честной люд… Ан нет!

Так вот оно что! Баба Яга насобирала предоплат да и свинтила подальше. Хотела вместо себя двойника наколдовать, а тут я подвернулась. Ясен-красен, старая карга не растерялась, напялила на себя мою личину и пошла разбойников дурить. А меня вместо себя оставила. Видимо, чтобы погоню за ней не отрядили или хотя бы отрядили не сразу.

Ушлая ведьма!

— Вы голосовые связки-то поберегите! — пальцем пригрозила я свистуну.

— Вообще, вам седмицу молчать, лучше прямо сейчас начните.

— Благодарствую, матушка Яга, но я с завтрего начну.

Когда он ушёл, я осела на табуретку и выдохнула.

Стоило двери захлопнуться, как из щелей повылезали мыши, а из шкафа выпорхнула птаха.

— Ой, и смелая ты, благодетельница! — запищали они. — Но что ж будет, когда он воротится?

— Вот когда воротится, тогда и будем об этом думать, — вздохнула я. — За неделю у него свист может сам восстановиться.