Воротиться нельзя влюбиться!

От страха я застыла, и только одна мысль билась в черепной коробке: не дать визитёру понять, что я боюсь. Интуиция на все лады орала, что новый гость куда опаснее вчерашнего свистуна.

— Думаешь, легко извести болотниц? — я изо всех сил старалась, чтобы голос не дрожал, поэтому вышло сухо и по-деловому.

— Нелегко, — признал визитёр. — Но ты взялась.

— Взялась. И придумала мощное проклятие. Очень хорошее и качественное, но медленно действующее.

— Проклятие? — заинтересованно проскрипело в ответ. — Это хорошо.

Это мне по нраву.

— Дело только в том, что действует оно далеко не сразу. Медленно действует, зато наверняка.

Жаль, второй табуретки не было. Мне бы сесть, а то, кажется, ноги подо мной сейчас подкосятся.

— Болотницы распоясались, — проскрежетало в ответ. — Путников лесных кружат. В трясину заманивают. Моих путников! Которые мне принадлежат!

— Вы из-за этого поссорились? Людей не поделили? — сипловато спросила я.

— Кто в лесу заплутал, тот к лешему попал, — ответило чудовище. — А болотницы разгулялись.

Испокон веков в лесу леший главный! А зыбочниц — извести!

От этих слов словно ветром избушку мгновенно выстудило. По спине поползли противные трусливые мурашки, а волосы на руках и загривке встали дыбом.

— Непросто оно… Разом и всех… — пробормотала я.

— Али денег хочешь больше? — угрожающе скрипнул визитёр.

— Нет. Не денег. Новый краесрок. Что мне, сверху на это проклятие сесть, чтобы оно быстрее исполнилось? — возмутилась я. — Хорошей работе хороший срок.

Проклятие подействует месяца через три, не раньше.

— Ты мне обещала за три дня их вывести, пиявок мерзких! — голос лешего из скрипучего вдруг стал неприятно гудящим, пробирающим до самого позвоночника.

— Я обещала за три дня придумать, как их извести! — возразила я, понятия не имея, что там ему врала Яга. — И я придумала! Теперь жди, когда проклятие подействует. А подействует оно не сразу, зато на всех.

Больше мне сказать было нечего. Болотниц не жалко. Явно нечисть какая-то зловредная.

Будь у меня возможность их сейчас извести, чтобы они больше людей в трясину не заманивали — сделала бы, даже если бы меня лично это никак не касалось.

— Знамо, они за три месяца пуще прежнего распояшутся, — проскрежетало чудовище.

— Могу только предложить вернуть деньги. И сам с ними разбирайся тогда! — пошла я ва-банк.

Если б леший мог с проблемой справиться сам, к Яге бы не пришёл. От страха разум работал чётко и быстро.

Пугающий гость засомневался.